Выбрать главу

— Попробуй, — вернувшись на своё место, он проделал всё то же самое для себя. — Если не понравится, закажем доставку.

Взяв вилку, я подчерпнула немного, и положила в рот. Блюдо явно содержало мясо, специи, овощи и рис, но похожее я никогда раньше не пробовала.

— Что это? — стало любопытно.

— Не знаю, — пожал он плечами, — я не увлекаюсь готовкой, если вдруг ты подумала что я у мамы кухарочка. Просто иногда хочется поесть чего-то своего, но конкретного названия у моих произведений нет. Скажем так, готовлю по наитию. Немного того, немного этого вот и вышел обед, например.

— Вкусно, — с удовольствием продолжила, есть его стряпню. — Правда, очень вкусно.

Немного напомнило то самое рагу из сна, но всё же была какая-то неуловимая разница, скорее всего в современных ингредиентах.

— Я рад, — отвёл он взгляд, и стал смотреть исключительно в свою тарелку.

Ну и ну, кто бы мог подумать, что в итоге день так хорошо закончится? Может не всё потеряно и у нас есть шанс? Отложив приборы, я постаралась быть твёрже в своих словах, которые собиралась произнести. Ещё во время того как папа постоянно отказывался на сделку, я думала об этом, но вот момент настал, и пора изложить всю суть Юлиану.

— Я хочу кое-что, не то чтобы попросить, предложить, — не совсем уверенно начала я. В голове это звучало более красноречивее.

— Я всегда открыт к новым свершениям Лада, говори, не стесняйся, — повторил он мои движения откладывая еду на потом. — Убеди меня, что твоё предложений пойдёт всем на пользу. Продай, если сможешь.

— Можно чуть проще, мы будем говорить о человеческих чувствах, поэтому не превращай наш диалог в очередную сделку Юлиан, — заранее знала, что так и будет, и подготовилась.

— А-а, хорошо, как скажешь Лада, — сложил он руки, перед собой кладя на ладони подбородок.

— Для тебя всё выглядит так, что ты задавил очередного конкурента, подмяв под себя, но я считаю нашу жизнь немного иной. Мне всего восемнадцать, ты старше меня на девять лет, не будем притворяться, что мы на одном уровне, само собой Юлиан Корф выше меня на голову в любом аспекте, какой не возьми. Но мне как юной и мечтательной особе будет трудно жить с таким умным и властным мужчиной. Любая бы испугалась озвучивать это, но я скажу: не ручаюсь за себя. Я обычный человек, имеющий чувства, — с каждым словом становилось всё сложнее высказываться, осложнялось ещё тем что Юлиан, не отрываясь смотрел на меня и внимая каждому слову слушал.

Запнулась. А правильно я делаю, что пытаюсь сказать ему… Сложное положение, запутанная паутина жизни, а я в ней мошка не способная вырваться из лап паука.

— Продолжай Лада, — мягко попросил Корф, перестав вести себя несерьёзно.

— Короче я могу влюбиться, — стыдливо отвернулась. — Знаю это лишнее, но кого моё сердце будет спрашивать, когда откроет свои двери и впустит тебя? Ты ведь непробиваемый Юлиан, я видела, что ты проявляешь мало эмоций, и даже если вообразить что мы в вымышленной реальности, я с трудом могу поверить, что ты тоже можешь полюбить.

Божечки, отмотать бы назад или стереть ему память, чтобы он забыл весь этот бред, но он-то меня волновал всё время больше остального.

Дослушав меня, он выпил оставшееся вино в стакане. Сейчас начнётся буря, насмехательство, издевательство?

— Что ты предлагаешь? — задал он вопрос, к которому я не готовилась.

Что я предлагаю? Он действительно спрашивает меня об этом? У меня скоро от нервов чесотка начнётся.

— Договор ведь бессрочный. Получается нам терпеть друг друга пожизненно. Ты готов положить свою личную жизнь на алтарь соседства? Помня о твоей бабушке, я думаю, ты бы хотел, чтобы она видела счастливого внука, а рядом с ним такую же девушку. Наверное, не мне такое говорить Юлиан, но что если дать нам шанс? — до боли сжала я ткань своей футболки под столом.

— Шанс? Хочешь быть со мной? Быть моей? — в тоне Корфа прослеживались деловые нотки, как будто мы опять заключаем некий пакт.

Дико неловкие слова с его стороны, и красные щёки с моей.

— Не так прямо, это смущает, — сжалась я.

— Лада я не до конца тебя понимаю. То ты вываливаешь на меня свои чувства, которые видимо тебе не подчиняются, то стыдишься собственных слов. Если решила, надо давить, — на секунду глаза его потемнели, но это лишь игра света.