Мой жест не остался незамеченным, и он сразу же отреагировал, посмотрев на меня. Рука моя замерла над его лицом. Юлиан обхватил её, сжал, не больно, но так чтобы я не смогла сопротивляться, и положил себе на колено.
— Я, правда, стараюсь… правда, — последнее он прошептал.
— Что будет дальше? Этот Романов сдаст моего папу? Юлиан скажи, что твои слова не пустой звук, что ты защитишь мою семью в случае чего, — другой рукой я накрыла его ладонь державшую меня.
— Всё будет, так как я сказал, если он откроет рот.
— Никаких жестокостей. Без увечий, — настаивала.
— Если он причинит тебе страдания, я не сумею без увечий. Увечья станут его спасением, — положив свободную ладонь мне, а щёку он лбом упёрся о мой лоб, так и просидели.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЁРТАЯ Без оружия, вооружён
На днях к нам в гости заглянула старая знакомая Людмилы Валерьевны. Странноватая особа, но мне приходилось выглядеть перед ней сущим ангелом. В общем, старуха сразу мне не понравилась, даже не так, я её конкретно невзлюбила. Змея будто бы специально провоцировала меня на искренние чувства к ней. Трудно было сдерживаться, но я упёрлась и делала вид, что всё нормально, у меня не едет крыша, я не схожу с ума, смирительная рубашка пусть пока полежит на полочке в дурдоме, примерю её чуть позже. А всё началось из-за чего?
Каждый мой день начинался со звонка маме, и та отвечала, мы немного болтали, и она всё кормила меня обещаниями поговорить с отцом, но в итоге, ничего. Ладно, к пустым словам я уже привыкла, меня не пронять. Себе поклялась в скором времени наведаться к семье на противоположный берег. Боялась что Корф будет против, но наверное зря, в последнее время мужчина смягчился ко мне, мы часто беседовали по вечерам когда он приходил с работы, вместе готовили ужин. Точнее как, готовил он, а я была на подхвате, резала овощи, подавала ему соль, короче толку с меня немного, но развлекаться как-то надо.
После того странного разговора с Ольшанским и Романовым Юлиан выглядел настороженным, попросил меня смотреть по сторонам и если вдруг замечу странности, обязательно предупредить его. Я не особо вдавалась в подробности, хотя даже если бы было наоборот, Корф вряд ли стал распространяться, но мне кажется ему страшно. То есть он часто нервничал, кричал на Сергея по телефону, запрещал приближаться к дому чужим, понаставил вокруг охраны, и те сновали как зомби, смотря постоянно перед собой и явно обделённые голосовыми связками.
Я старалась не давить, Юлиану и так не сладко, паранойя вещь опасная, поэтому не высовывалась. Отчасти из-за всего этого переполоха я не могла съездить к родне и выяснить с какого перепугу я им вдруг стала чужой. Зато я много общалась с Женькой, и она даже навещала меня, я показала ей дом и снова пыталась намекнуть на отношения с Серёжей, но та ни в какую. Он вызывал у неё какие-то особенно отрицательные эмоции, которые я никогда к Юлиану не испытывала. Когда я начинала бесить подругу, она переключалась на меня, и приходилось как-то выкручиваться. Хотя в некоторых моментах я неожиданно была искренней.
Итак, самый обычный день, я собиралась сделать макияж и сфотографироваться. Давно не меняла фото в профиле, а старое наскучило. Собственно этим и занялась. Людмила Валерьевна заметив, как я наряжаюсь и крашусь, подкралась ко мне и предложила свою помощь, решив для себя, что я хочу сделать Юлиану сюрприз. В глубине, где-то в области грудной клетки у меня разлилось тепло, а мозг успел сгенерировать парочку сценариев романтического свидания, однако напомнив себе о действительности внутри всё оборвалось. Сердце словно почернело, захотелось стереть с лица косметику и порвать своё платье, лишь бы не знать, что всё это я делаю только для фотки.
— Давай я заплету тебе косу, у тебя вон какие шикарные волосы дорогая моя, — гладила меня по ним бабушка. — Какая же ты всё-таки необыкновенная девочка Лада. Прямо со страниц сказки сошла. Моему внуку повезло с тобой.
— Он с вами не согласится, — убрала я волосы вперёд, чтобы женщина к ним не прикасалась. — Вы постоянно утешаете меня Людмила Валерьевна, рассказываете о своём сыне и как они с Юлианом похожи, но я не ваша невестка, которая попытается оправдать своего жениха. Юлиан ведёт себя со мной наедине ровно, так же как и при вас.
Почему я так резко отнеслась к её словам? Меня, наверное, вывело предположение, что мы с ним можем куда-нибудь пойти. А ещё знала наверняка, что наш с ней разговор не покинет стен моей комнаты. Я много чем делилась с ней, и никогда никому она не болтала.