На удивление празднование было организовано для узкого круга людей, если так можно выразиться. Вместе со мной - семнадцать человек. Странно, но в этот раз обошлось без детей. И никаких дальних родственников. Члены семьи плюс несколько незнакомых. Единственный, кого узнала - парень из черного Volvo, который охранял Арапову. Он тоже застыл на миг.
За столом попала в осаду между тетушкой и не в меру разговорчивой невесткой Оксаной. Слушала потом чужую мудрость, пытаясь отвечать корректно. К концу мероприятия еле сдерживалась. Зато оказалась на почтительном расстоянии от виновника торжества.
Одним словом, как ни парадоксально, а вечер прошел вполне приятно. Все портило предчувствие. Оно зудело внутри и не давало покоя. Не те расклады у нас были с Сеней в отношениях, чтобы я расслабилась и поверила в его спокойствие. Легкая улыбка - словно приклеенная, плечи напряжены, рот часто прикрывал, касаясь губ костяшками пальцев, щурился много. Все это вместе говорило о том, что был занят мыслями. А так как часто поглядывал в нашу сторону - примерно предполагала, какими именно.
Я прилежно дождалась момента, когда первые из гостей откланялись, и тоже собиралась раствориться в темноте, выдав прощальную струю дыма из выхлопной трубы. Но мои планы подверглись корректировке.
Вначале мама подсела с разговорами, потом, как выяснилось, Галина Игнатьевна переоценила свои силы в поздравлениях племянника. Пришлось согласиться завезти вначале ее. Мне же по пути, верно?
Арсений помог ей сесть в машину. Захлопнул дверь и поднял на меня глаза:
- Опять сбежишь?
И спросил это как-то так… нейтрально, что ли. Вроде: «У тебя сегодня ночная смена? Чтоб я понимал, какие планы строить». Не знаю почему, но меня укололо внутри.
Отвечать не стала. Молча села за руль и уехала.
На душе скребли кошки. Умом понимала, что все делаю правильно, а сердце не хотело мириться. Чем больше пыталась отмежеваться, тем больше магнитило. Мысли пошли дальше. Рано или поздно у Сени опять появится какая-нибудь Елена…
В итоге домой вернулась расстроенная. И осталась, несмотря на то, что вначале собиралась поступить иначе. Растопила камин. Взяла из бара первую попавшуюся бутылку, бокал. Села в позе лотоса напротив огня…
Обычно, устраивая такие посиделки, занималась самоанализом, но в тот вечер в нем уже не было никакого проку. Все давно разложено по полкам. Только тяжесть от такого порядка не исчезала.
Я не включала нигде свет, и потому, если честно, удивилась, когда услышала, как открывается входная дверь. Липницкий. Никто другой пройти мимо Зевса не смог бы. Ну, мама еще. Но она старалась всегда вначале меня дозваться. Да и с чего бы ей так поздно без предупреждения являться ко мне в гости?
Как он понял? Шторы закрыты. Вероятно дым из трубы…
Остановился на пороге комнаты.
- Арс, иди к себе. - Сказала устало, не поворачиваясь. - Так будет лучше.
- Кому?
- Нам обоим.
Он молча разулся, снял с себя куртку, потом пиджак. Прошел ко мне и уселся сзади, расположив ноги по бокам. Расстегнул манжеты рубашки и закатал рукава. Взял мой бокал и отпил.
- Зачем ты все усложняешь? - спросила с тоской.
Сеня потянулся к бутылке, повернул ее, посмотрел на этикетку.
- Мне сегодня исполнилось тридцать восемь.
- И что?
- Ровно двадцать лет назад, девушка по имени Вера сделала меня самым счастливым, лишив девственности. - Признался с улыбкой.
- Что?! - непроизвольно развеселившись, фыркнула от смеха. - Очаровательно. - Выдержав паузу, расщедрилась на ответную откровенность: - Ровно двадцать лет назад, первого ноября, папа впервые дал мне возможность самой сесть за руль и проехать первых пять метров.
- Тебе же было десять всего.
- Да. Глядя на Сашку, которому он доверял на проселочных дорогах, выканючила.
Мы какое-то время сидели в тишине, слушая треск поленьев и наблюдая за огнем. Прогонять Арсения не хотелось. Но и оставлять никак нельзя.
А он словно чувствовал мои метания. Подался чуть вперед, прижимаясь и согревая теплом спину. Коснулся губами моего виска.
- Арс… - попыталась отстраниться, но не смогла.
Мгновение - и Сеня обхватил, укладывая голову себе на плечо. Наклонился к самому лицу:
- Если что-то сделаю не так или не понравится, говори сразу, хорошо? - И пока не успела прийти в себя, поцеловал.
Дальше помню какими-то урывками - так накрыло. Спиртное, долгие танцы с бубном вокруг собственных желаний и его язык сделали невероятное. Отдалась во власть инстинктов, отбрасывая сдерживающие факторы. Растворилась в ощущениях… и забыла. Обо всем. О том, что с такими мужчинами лучше не связываться. О том, что уже утром жизнь усложнится. О том, что подобные страсти, как правило, заканчиваются ужасной болью. И даже о средствах контрацепции. Забыла.