Предчувствие холодило спину с самого утра, только я связывала это с Кириллом Геннадиевичем и никак не могла предположить, что впереди ждет потрясение куда масштабнее. Черная полоса в моей жизни и не думала заканчиваться.
Часа через три ко мне пожаловал Липницкий. Постучал и зашел, не дожидаясь разрешения. Заскрипев зубами от такой наглости, продолжила готовить кофе, решив игнорировать его присутствие и злясь на себя. В отличие от Сени - мучилась от укоров совести по поводу своего поступка. Он же, с садистской настойчивостью продолжал доканывать, иначе, зачем являлся с завидной постоянностью?!
- Угостишь меня? - спросил, подперев плечом дверной косяк.
Сдержав позыв запустить в него чашкой, молча отправилась к холодильнику. Эмоциональные качели изматывали. С одной стороны - хотелось его видеть, но стоило Арсу приблизиться - отталкивала. Именно поэтому упустила из вида разные мелочи, на которые следовало обратить внимание. Опять же - не ждала очередной ловушки. Сеня начал задавать странные вопросы.
- Ты сильно меня ненавидишь? - Полушепот над ухом.
- Отойдите. - Прорычала предупреждающим тоном, дернувшись в сторону.
Он не удерживал, но и не отстал, опять подходя сзади.
- Презираешь, да? - Спросил тихо.
Я напряженно вывернулась, сцепив зубы.
Липницкий отлично справился с поставленной целью. Начал дергать на психологическом уровне с порога. Кружил как овод - то приближаясь, то отдаляясь. И помимо того, что выводил из равновесия, сумел усыпить бдительность.
А потом все произошло сразу, с разницей буквально в минуту.
Доев сыр и выпив кофе - отнесла чашку с блюдцем в раковину, и в этот момент мне на телефон пришло сообщение. Арс отступил, перегораживая выход из кухни. Я разблокировала экран, почувствовав волну жара. Каждую клеточку тела опалил огонь паники.
Непроизвольно подняла глаза на Сеню. Доли секунды и каменная уверенность - он знал. Поэтому приехал.
В полученном послании было всего одно короткое слово: «Помпеи». А это означало, что дела плохи. Всеобщая тревога и предупреждение. Несмотря на то, что Юргис изгнал меня практически месяц назад, смс-ку прислал лично на мой номер. Простыми словами дал приказ подчистить хвосты и залечь на дно. Быть предельно внимательной и осторожной. Ждать дальнейших распоряжений.
Первый порыв - позвонить ему, чтобы узнать что случилось! Но перед глазами появилась пелена. И слабость резкая. Ноги подкашивались. Я оступилась. Последнее, что помню - свою попытку добраться до стола…
Очнулась в неизвестном месте. Спальная комната с претензией на дизайнерскую мысль. Арсений находился недалеко в кресле со смартфоном в руках. Приподнявшись и осмотревшись, уставилась на него, не моргая.
- Где мы?
Он поднялся и подошел, присев рядом. Протянул небольшую пластиковую бутылку:
- Воды выпей.
- Ничего объяснить не хочешь? - Спрашивала, наперед зная ответ. После снотворного во рту было сухо, а потому отказываться не стала, сделав пару жадных глотков.
В душе потихоньку начала зарождаться злость. Я пыталась совладать с ней и понимала, что проигрываю. Сдерживать внутренний вулкан получалось из рук вон плохо. Непреодолимо-болезненное желание помочь Юре перекрывало голос разума. На каком уровне просыпалась эта нездоровая зависимость - судить не берусь. А ведь до того, как Арс меня предал, казалось, что излечилась…
Вспомнить хотя бы два дня в Риге. Ульман хотел вернуть свои позиции, но был послан. Корректно, конечно, и с тем же твердо. И что интересно: когда я вышла замуж за Страйка, его это не зацепило. Помню - позвонил, поздравил, пожелал счастья… А стоило на горизонте появиться Липе - Юргис вдруг оживился: свечи, устрицы, шампанское, номер «Гранд люкс» в отеле…
Я ушла в первый же вечер, сняв обычный стандарт, двумя этажами ниже. И не потому, что боялась дать слабину, а потому, что почувствовала свободу, избавившись от привязанности. Все мысли тогда были лишь о Сене. Скучала. Казалось бы - уехала ненадолго, а томиться о нем начала уже в аэропорту…
Но с того времени многое изменилось…
- Поживешь здесь, пока все не успокоится. - Липницкий, протянув руку, погладил пальцами меня по щеке.
Мы смотрели друг другу в глаза долго. Очень. И все что я видела - железная непреклонность.
- Отпусти меня. - Попросила негромко.
Реакции - ноль. Сеня просто продолжал смотреть не говоря ни слова. Снова погладил. Поправил волосы, убрав пряди с моего лица.