Они оба засмеялись, и Аделина снова задала вопрос:
— Чем вы с Эдвардом занимались в этой глуши?
— Обыкновенная рутина: проверка местности на предмет установления запасных квартир для курьеров.
— Лжете! Такой работой занимаются стажеры из торгово-промышленной палаты. Вы сами перечислили ваши легионерские навыки — для квартирмейстерской работы таких специалистов не привлекают.
Боксон внимательно посмотрел Аделине в глаза:
— А какой ответ вы бы хотели услышать от специалиста моего профиля?
Аделина молчала. Боксон улыбнулся и продолжил:
— В Иностранном Легионе существует закон: если не хочешь услышать ложь, не задавай легионеру вопроса о его прошлом. Полагаю, что подобное правило действует и в некоторых правительственных ведомствах Соединенных Штатов. Во избежание нежелательных ответов рекомендую: впредь не задавать заведомо безответные вопросы кому бы то не было. Надеюсь, вы по достоинству оценили мою камердинерскую вежливость в этот зимний вечер?
— А разве вежливость бывает камердинерской? — неожиданно усталым, и оттого доверчивым тоном спросила американка.
— Бывает! — подтвердил Боксон. — Когда-нибудь я расскажу вам о той Англии, которую не успевают увидеть туристы. А сегодня лучше пойти спать. Доктор Гальпен обещал мне на завтра непродолжительный разговор с Эдвардом, я зайду за вами в восемь…
Трэйтол улыбался уголками губ, говорить ему было тяжело, каждый глубокий вдох отдавался в легких тупой болью, но глаза американца смеялись — Боксон рассказывал всякую чепуху об ужине с Аделиной:
… — И когда несчастный гарсон, шаркая плоскостопными ногами, наконец-то принес десерт, твоя сестра потребовала таблицу калорийности этого блюда! Что, среди американских женщин начался новый массовый психоз?..
— Чарли, — еле слышно прошептал Трэйтол, когда Аделина на минутку вышла из палаты, — найди Пеллареса!..
— Я постараюсь, Эдди! — так же тихо прошептал Боксон. — Ни о чем не беспокойся, лечись, встретимся в Париже, адрес для контакта я оставлю твоей сестре…
— Она дура, не доверяй ей… — успел прошептать Трэйтол, и в палату вошел старший инспектор Дамерон.
— Великолепно! — произнес полицейский. — Значит, вы обо всем уже договорились? Впрочем, я все равно должен записать показания господина Трэйтола. Доктор Гальпен дал мне полчаса. Господин Боксон, оставьте нас одних…
На этот день операций не планировалось, и хирург Гальпен в своем кабинете просматривал сложенную на столе стопку научно-медицинских журналов. Попросившему разрешения войти Боксону он молча указал на кресло перед столом.
— Если вас интересует состояние вашего друга, то оно стабильное и господин Трэйтол будет жить. При соблюдении должного образа жизни и правильного питания через год он сможет бежать марафон…
— Мою благодарность не выразить словами, доктор, поэтому давайте поговорим о вас… — предложил Боксон.
— Обо мне? — удивился Гальпен. — Странно, обычно обо мне друзья и родственники моих пациентов говорят или до операции, или после похорон…
— Операция, доктор, была, вне всякого сомнения, превосходна!.. Но меня больше интересует то, что было до операции… Кстати, если вы захотите послать меня к черту, то я удалюсь немедленно. Заодно обещаю вам сохранить секретность нашей беседы.
— Ого! — Гальпен отложил журнал, заложив руки за голову, откинулся в кресле, улыбнулся и с любопытством посмотрел на Боксона. — И что же вас интересует?
— Вы ведь попали в Гватемалу в сентябре 69-го, помогали пострадавшим от урагана «Франселия»?
— Да, именно так!..
— Багаж Общества Красного Креста, с которым вы возвратились из Гватемалы, просматривался на французской таможне достаточно тщательно?
— Нет, такой багаж традиционно проверяется исключительно формально, но из Гватемалы я возвратился только со своим чемоданом — Обществу Красного Креста нечего вывозить из этой бедной страны…
— Когда вы работали в Гватемале, вам приходилось лечить раненных партизан?
— В Гватемале мне приходилось делать сотни операций, а в госпиталях Красного Креста не подразделяют пациентов по их политическим убеждениям.
— Вы встречали в Гватемале человека по имени Эухенио Пелларес?
— Не помню! — хирург продолжал улыбаться.
— Вы не привозили из Гватемалы какое-либо оружие?