– Ну то есть это, то есть… Да, да…
– Контрастный, контрастный, я извиняюсь, То есть дальше, да? Там если тему затрагивать, когда говорят про контрастный душ, тоже это управление вниманием. Когда прыгают в прорубь в крещенские морозы, вот это все – это тоже управление вниманием. То есть это, это же не просто так это делают, это же как раз отключает все, это же поэтому, это как обновление, ну это по-настоящему, просто это так преподнесено во всяких разных религиях, во всяких этих штуках, везде по-всякому это все завуалировано. Но если это все расшифровывать, то, получается, умными людьми это все не просто так придумано, то есть это не просто как бы как традиция, это по-настоящему влияет на человека.
– То есть если человек каждый день с утра будет принимать контрастный душ, то он будет, ну, более эффективным, грубо говоря, в жизни, да?
– То есть человек будет более здоровым, если он будет принимать контрастный душ, и более, он будет себя трезвить этим, свое сознание, будет более, более ясный у него будет день, если он это будет делать.
То есть вообще нужно все делать, чтобы стимулировать, концентрировать, собирать свое внимание. Многие люди это делают, начинают свое утро с молитвы. Молитва – это тоже концентрация внимания на определенный ритм, то есть они это монотонно вот читают-читают, и все внимание у них вот на этом концентрируется, «ум» отключается.
– Но если человек каждый день читает одну и ту же молитву, он же может это делать на автомате, правильно или не совсем?
– Ну да, если человек начнет делать это на автомате, то это уже не работает. А еще также по поводу, помимо молитвы есть же еще разные штуки… Что ж там они еще делают-то? Ладно, не скажу, потому что примеры, их надо так собирать. Появится что в голове, скажу. То есть я пример живой приводил, допустим, когда я был в полиции, там, у знакомых, тоже там был такой вот инцидент, что мы сидим в кабинете, и они говорят: «Саша, можешь выйти там, мы пообщаемся». Ну я вышел, вернулся, улыбаюсь, ну потом я им рассказываю: «А знаете, – вот как раз немножко обо мне, – я бы сделал бы по-другому, да, там, чтобы вы там ничего не слышали». И вот я такие примеры, как вот им рассказал, я такие примеры много знакомым показывал. Ну, пример в чем заключается, то есть если я сижу в компании, если я хочу, чтобы, допустим, Петя Васечкин не слышал о том, о чем я сейчас буду говорить, я просто его должен внимание куда-то деть. И я ему могу резко дать какое-нибудь задание, чтобы он что-то нашел в телефоне срочно за пять минут, я ему там дам тысячу рублей за это. Или, ну что-то вот, что-то вот, куда-то увести, и когда он начинает это делать эти пять минут, да, то я могу прямо за столом брать и обсуждать его и говорить, какой он мудак, со всеми людьми, а потом сказать ему: «Ну что, Петя, как ты?» Он такой: «Да-да, подожди, Саша, еще вот, еще минуту». То есть он даже не слышит, он уже не понимает, что мы делаем, то есть это тоже управление вниманием.
– А вы помните, как вы эту тему для себя открыли? То есть в какой момент стало ясно, что вот, вы осознали, как это все работает. В детстве или вот, в более там осознанном возрасте каком-то?
– Управление вниманием открылось для меня в 2011 году. То есть я помню четко, вспоминаю, там, произошло, это произошло после, после многочисленных, скажем так, эзотерических всяких, ну моих, не из книжек каких-то. То есть это после управления вниманием, ой, точнее, после управления энергией, после медитации, после мест силы. То есть после всяких таких практик, которые у меня так же случаются, просто происходили дома, я просто замечал, что там чувствую что-то между ладонями. Я замечал, что, посмотрев на бокал, меняется у него вкус. То есть какие-то такие штуки происходили, и как бы, естественно, я бы сам бы хотел подумать о том, что, может быть, это самовнушение, но мы это проверяли каким только можно образом: и на приборах, туда отдавали в лабораторию, и люди все проверяли самой степени, со степенью все. Все это работало, и сначала я просто это называл некой типа энергией, а т. к. я в чудеса не верю, то и вообще я понял, что это все внимание. И дальше это заметил на людях, ведь мы живем в мире невнимательных людей. Конечно во всех странах по-разному, но больше всего невнимательных, конечно, это в России. То есть вот если вот сейчас сравнивать, да, на контрасте с тем, что я нахожусь в Нью-Йорке, здесь очень внимательные люди. То есть здесь я ни разу, где бы я ни был, то меня всегда этот человек, представьте, помнит. Он помнит, как мое имя, и, если я иду и даже посмотрю на какого-то человека, который едет в машине, он прямо чувствует это, он сразу оглядывается и смотрит на меня. То есть очень осознанно это, осознанно и внимательно, конечно, всегда есть «но». Но большинство вот таких в России – все бараны, то есть все идут, у них нарушена даже координация, что все могут задеть тебя плечом, врезаться в тебя, наступить тебе на пятку, никуда не видят, ничего не видят, куда идут, то есть это как бы это кошмар. И, с внимательностью, конечно, очень все плохо. Так что управление вниманием, я просто начал это замечать в жизни, и это настолько. То есть я вообще в принципе был внимательный, я просто… То есть это у меня проявление было еще раньше, я просто не знал этому объяснения, но я… Я начинал замечать все, я же начал замечать все детали, то есть я начал замечать настолько детали, что… То есть вот как бы это у меня проявилось, что я снимаю квартиру, и я прихожу в нее и вижу, что в ней кто-то был, но я не какой-то там экстрасенс, я не чувствую ничего, нет, я просто вижу, что у меня почему-то лежат вот эти подстилки под посуду, которая на стол ставится, как бы кладутся, ну, не так лежат. А я очень к этому внимателен, то есть я знаю, как я делаю все по-своему, у меня всегда порядок. Я вижу, что они лежат не горизонтально, а вертикально, и все. То есть для меня это прямо шок. Я начинаю оглядываться, смотреть, что произошло, смотрю, почему-то лежит кружка в раковине, тоже не понимаю, потому что она была на столе. Я бы в раковину никогда бы кружку не поставил, ну это не из моего мира правило. То есть как бы у всех же есть же, да, свои причуды. Я знаю, что я если кружку, она у меня грязная, я ее сполосну и уберу, но, чтобы поставить в раковину, – нет, это не я. Я иду, хопа, а пятиться – не то, да? А потом смотрю, какие-то крошки белые, я потом звоню хозяйке, точнее не потом, а в этот же момент, и говорю: «Кто у меня был в квартире?» Она говорит: «Никто». Ну а как, как я, как бы естественно, начинаю грубить и почему? Потому что мне же надо как бы, ну вот, то есть я же не могу ошибаться, мне же надо как-то выяснить, иначе мне неспокойно будет, и я начинаю ей грубо говорить, что как бы нет, точно, кто-то был. И она признается, говорит: «Ой, это, наверное, сын приходил, ну там вообще на минуту, ему нужно было что-то проверить, вот, протекает ли крыша». И вот тогда все выяснилось, потому что у меня была мансарда, он на кухне вставал на стол, ну вот со стола поэтому убрал кружку, убирал эти подстилки, положил их потом по-другому, ну вот, и когда открывал сервисное окно, чтобы что-то там выглянуть, что-то посмотреть. И вот оттуда упало, оттуда была, вот эти вот белые крошки от стены, или чего там, от потолка. То есть суть в том, что я вот эти примеры, я их собирал много лет и вплоть до того, что у меня даже есть, если что, номер телефона этих людей, которые это подтвердят. То есть это вот прямо точно, это Итальянская улица, у них там есть салон красоты, и вот у них есть там мансарда, и вот эти люди, они как раз вот были свидетелями этого. И такие люди у меня свидетели были в различных других организациях, когда я о ком-то что-то рассказывал, что-то замечал, что-то видел, то есть вот. И такая внимательность, она была настолько, что я замечал, ну настолько, то есть это как, знаете, как говорят, собаки чувствуют. То есть я всегда сразу чувствую перепады ритма человека. То ест