– Такой вопрос здесь будет: человеку, который вот новой частоты, современному, ему если вот он вынужден, допустим, вот он пришел тоже там в политику, а там сидят вот эти старочастотные, или в бизнес – ему с ними себя как вести-то? То есть пытаться их переучить, или игнорировать пытаться, или ну, то есть вот стратегия поведения с людьми старой частоты – она какая должна быть в принципе?
– Ну естественно зависит оттого, в каком ты положении, какую ты преследуешь цель, ибо это же получается мы говорим сейчас о процессе, о некоем процессе взаимодействия людей в социальном, материальном мире…
– Да.
– …а в социальном, материальном мире правила такие, что как бы наплевать там на твое внутреннее «я», ты главное должен по правилам жить, соблюдать правила и адаптироваться. И, естественно, что если ты идешь, скажем так, с каким-то генералом, то и с ними надо и общаться как с генералами. И если они берут и говорят, что Америка – говно, а мы самые классные, то если они в этом ошибаются, как ты считаешь, то и не надо им этого говорить и обижать их, вот в чем суть. То есть нужно быть, конечно, максимально политкорректным, учитывая то, что у нас сейчас очень большая проблема в стране только начинается. Почему? Потому что, ну как начинается, я надеюсь, это быстро перестроится, ибо новое поколение – адекватное. Но все же ситуация какая: у нас есть государственные поликлиники, у нас есть государственные больницы, с этим очень все тяжело, потому что сейчас это все уйдет, а молодых очень мало, которые в это во все пойдут, а если пойдут, то не пойдут за копейки в грязные вот в эти больницы. То есть если взять и сейчас начать устраивать обзоры детских больниц и поликлиник и полицейских участков, то ужаснется весь мир, как это выглядит. То есть вот, если человек хочет посмотреть старую частоту, так зайдите в любое отделение полиции у нас в России или в любую поликлинику, не частную! Вот и все. Все отваливается, все разваливается, все супергрязное, все, то есть все кошмарное, ужасных цветов, все супер ну просто ужас – такое ощущение, как будто я не знаю там, стул был оторван от бетона и заново к бетону приделан, то есть на котором сидит бабка, которая готова тебя побить, потому что забыла, что ты перед ней стоял и думает, что ты влезаешь в очередь. И она реально готова тебя убить, она прямо орет и встает на тебя, и бежит, а мужик ее держит, и начинается драка. Вот что люди видят, дети видят в наших детских поликлиниках, когда они приходят туда со своими бабками – дедками.
– Ну а куда это все приведет, у вас есть какой-то прогноз вот на эту ситуацию, то есть если молодежь в эти поликлиники не пойдет, а старое поколение уйдет ну само, просто потому что их время придет, что ж тогда нас вот ждет в этом смысле?
– Там есть несколько вариантов, там только анализ. Там если проанализировать, есть два варианта. Один вариант: власть быстро сменится, и если она будет там более-менее современная, и вот эти всякие комитеты а-ля по культуре, по здравоохранению и так далее, если туда полностью придет новое поколение и займется этим, то порядок наведет. Они реально возьмут и вбухают во все это бабки – ну вот это один вариант. Второй вариант: ничего вообще, ну в государстве вот это вот не поменяется, не разовьется, и те, кто туда придут, они будут просто молодыми по паспорту, но также консервативными упырями, и тогда просто вся молодежь будет ходить только по коммерческим клиникам. И коммерческие клиники просто выиграют, победят. Что все станет таким, как они… то есть все станет коммерческим, никому на хрен не нужны не будут ни эти ни пенсии, ни гос. какие-то вот эта помощь, ни эти какие-то там вонючие клиники и так далее. Люди будут пользоваться всем частным и люди просто перейдут чуть ли не на ту же криптовалюту, и им даже срать на налоги будет и вообще они насрут на это все государство и пошлют его, и отвернутся от него. Ну будет вот так. То есть вот два варианта. То есть или государство сейчас должно поменяться, или оно просто ослабеет настолько, то есть оно даже ни че сделать не сможет. Как государство пройдет, пойдет против молодых, молодежи? Никак. Я же не шучу, когда все каждый раз говорю, что если сейчас в этом году будет молодой, этот, «Голубой Огонек» в Новый год, то люди выйдут, да я сам готов всех вытащить и сагитировать, ну просто реально пойти и устраивать просто бунт. Вот, а почему нет? Взять и сказать, что вы охренели, потому что в том году, вот сейчас недавно был день города Москвы и вот год назад, когда я смотрел, я был в шоке от того, что они какие-то пионерские песни и непонятно что. Это же день города, я не понимаю! Вот я, современный молодой человек, мне тогда было 25 лет – какого хрена я смотрю песни пионерские, которые пел мой отец. Почему только это я вижу, трансляцию прямую, и это происходит в городе Москва. А я, а мы что? Нас не существует, тому вот, кто родился в 90-х годах и ранее, точнее и позже. И вот это и как бы и это все, об этом сейчас все и задумываются, это не нормально. То есть люди те, которые старые, они совсем уже ку-ку там наверху. И как бы и сейчас настолько много нового, молодого поколения, что те дети, которые сейчас в школе, вот они сейчас пошли 1-го сентября в школу, которые в одиннадцатый класс, они в следующем году, они их станет больше, которые уже, которым стукнет там по восемнадцать. И их станет намного больше, и с каждым годом их становится все больше и больше, поэтому, как бы если сейчас там наверху меры не примут, не будут предприниматься, то будут сумасшедшие перемены. Сейчас очень усилился поток людей, которые уезжают из страны, страну покидают, это скрывают сейчас, молчат об этом, страну покидают с каждым годом все больше и больше людей, все уезжают из России.