Потому что есть очень много людей, которые очень осознанны. Но они ни разу не медитировали, ни разу не читали никакую книгу на эту тему. Ну просто, они по жизни развиваются и все, при обстоятельствах, при ситуациях. То есть эти люди там, я не знаю, в горы лазают, там, там, с аквалангами там погружаются, да? Там с учеными какими-то общаются, да, там? Сами для себя там устраивают маршруты, марафоны пятидесяти километровые бегают, да? Ну вот, специально там силу воли в себе вырабатывают, да, там? Специально грамотно совмещают время ритма там работы и семьи. То есть вот сами как-то работают, скажем так, с ритмом жизни своего, называя это своим языком, не говоря никому об этом. И это люди намного более развиты, чем те, которые увидели, что йога и медитация модные, и начали этим заниматься.
– Угу, ясно. У художников, писателей и других творческих людей периодически встречается боязнь, страх того, что это все закончится, что пропадет вдохновение, пропадет вот талант, может быть, что-то такое. У вас есть подобные чувства?
– То, что художники, писатели и всякие люди боятся потерять талант, это реально факт. И самое интересное, почему я сейчас посмеялся, потому что как раз эзотерики всякие, которые реально этим живут, они тоже этого боятся. Они боятся. И ну они говорят так, типа «Бог дар, типа, дал и Бог дар взял». Ну вот, типа, то есть может. Они еще как говорят, если ты, типа, можешь там материально себя как-то баловать, то Бог, типа, дар у тебя заберет, который тебе дал. Вот они мне часто такое говорили. Вот эти вот совсем такие фанатики эзотерические, ну вот. Но я-то знаю, как все работает. Вот, поэтому мне не страшно. То есть работает это все по-другому. Как раз, знаете, вот, вот как раз о теме частоты, почему талант-то теряется, дар теряется, если вдруг-то человек что-то сделает не так. Типа начнет материальными темами баловаться. А потому что он на частоту попадает материальную. Все, он попадает на материальную частоту от того, что начинает делать определенные социально-материальные вещи. То есть начинает делать другие поступки, окружать другими себе элементами и отключается от частоты, на которой были все эти чудеса. И также это касается именно творческих людей. То есть ко мне очень много обращается творческих людей. И как раз то, что те люди, у которых наступил кризис, то им как раз дорога ко мне. Потому что творческих человек, который теряет талант, это тот человек, который перестал соблюдать тот образ жизни и соблюдать те правила, при которых он был на частоте вот этой открытой творческой, где прет все, где прет его внутреннее «я». Когда он начал подавлять, скажем так, потребности своего внутреннего «я», когда он начал делать что-то не по душе, когда он начал терпеть, когда его лишили свободы. Допустим, у него появилась личная жизнь или еще что-то, какие-то долги. То все его внимание этими рутинными бытами крадется, и все, и вот у него талант и творчество, все идеи пропадают. Вот проблема творческих людей.
Я-то как раз творческий, я это прекрасно понимаю. И я знаю, каково быть творческим человеком, когда сумасшедшая чувствительность. Я знаю, что такое творческие люди, которые спиваются, как все это на душу принимает, воспринимает критику там вообще, насколько тяжело дается вот это все. Переживания, насколько им тяжело настроиться, потом отключиться от этого, когда они настроились, если это актер. То есть это для меня самые близкие люди. Вот, для меня близкие люди – это бродяги, то есть самые близкие, и творческие. То есть больше всего, конечно, актеры. Вот, актеры там театра и кино, и люди, которые бродяги. Это люди, которые максимально «без ума», которые супер вообще чувствительные, все знают, все понимают. Мы чувствуем друг друга с полуслова.
– А вам встречалась на пути ровня? Ну, то есть кто-то, кто понимает мир также, а может еще на каком-то более высоком уровне, что-то такое. Как бы, бывало это в принципе? Нет?
– Встречалась ли мне ровня? Ну вот история как раз такая, когда я ушел из дома и кочевал, скажем так, по квартирам по всяким, то я встретился со своей подругой. И мы сели с ней в кафе, и я ей говорю: «Слушай, такая ситуация, я людей чувствую». Она такая: «Как?» Ну вот я ей все рассказываю, что она чувствует, рассказываю про всех людей, которые рядом сидят, рассказываю о том, что вот ушел в какое-то медитативное состояние под музыку, и вообще не понимая, что это такое, ну вот, потому что перестал чувствовать тело, слышал внутренний голос, который мне там сказал все о моем будущем там, жизни, обо всем. Ну вот. И она берет и говорит, что типа: «Ооо, тебе надо познакомиться с моей мамой». Я такой: «Да, а что такое?» Она говорит: «Ну, она типа такая же». И вот она познакомила меня со своей мамой, которую зовут Валентина. Ну вот, и эта мама как раз расспрашивает меня, что чего да как. Ну и что вообще. Говорит, что типа: «Саша, ты не простой, ты золотой ребенок, – типа, – таких как ты мало. У тебя будет очень такая сложная судьба такая». Ну вот, и она сказала, что типа тебе надо книгу писать. Я говорю: «Так я дневник веду». Она говорит: «Ну так молодец. Пиши книгу». Ну вот: «Все, что ты хочешь там людям донести, если ты там что-то вот у тебя есть информация там, давай пиши». И вот я тогда с ней пообщался, и как раз вот она для меня была авторитетна в первую очередь почему, потому что была не какая-то женщина, которая, скажем так, книжек эзотерических начиталась, и какая-то учительница в школе. Нет, эта женщина была бизнесвумен, которая суперсоциальная, материальная, адаптированная, которая как бы суперадекватная. Не какая-то там в косыночке по церквям бегает. Ну вот, и признание этого человека для меня было очень важно. То есть от этого у меня еще больше уверенность. Тогда у меня росла вот эта уверенность в себе. То есть такая поддержка интересная была благодаря обстоятельствам. Я не ломался, не сдавался. Хотя тяжело, потому что как бы общество, оно не понимало вообще, что со мной.