— Эй, я тут, — Лорин издевательски похлопала гостя по плечу, находясь уже позади его.
Алекс не успел развернуться, как его руки оказались скручены за спиной и перетянуты жёсткой бечёвкой. Он поразился тому, насколько сильной оказалась эта хрупкая на первый взгляд женщина. Её хватке мог бы позавидовать любой профессиональный рестлер.
— Да ты… Ты… сумасшедшая! — задыхаясь от возмущения, выпалил Алекс и начал яростно дёргаться, пытаясь освободить руки, но верёвки держали крепко.
Лорин грубо толкнула его к выходу.
— Молчи. А то я потеряю терпение.
— Не надо меня толкать. Я вполне могу идти сам.
Вместо ответа последовал болезненный удар в поясницу.
— Куда ты меня ведёшь?
— Я, кажется, сказала, чтобы ты помолчал! Не раздражай меня.
Они вышли в тёмный коридор, и Лорин направила Алекса к узкой железной двери, быстро отдёрнув задвижку и небрежно впихнув его внутрь. Он споткнулся, слишком поздно разглядев крутую бетонную лестницу. С грохотом, нечленораздельными воплями и ругательствами Алекс кубарем скатился вниз. Удар в висок отдался дикой болью. Перед глазами расплылись радужные круги.
Пришёл в себя он уже лежащим на медицинской кушетке в сыром мрачном подвале, где пахло сладковатой гнилью и землёй. Под низким потолком моталась тускло горящая лампочка. Алекс дёрнулся, пытаясь встать, но в его запястья, щиколотки и шею тут же врезались твёрдые, судя по всему, металлические скобы.
Практически упираясь макушкой в потолок и хищно улыбаясь, над пленником нависла Лорин.
— Ну вот, так-то лучше…
Алекс почувствовал, как к нему подкатывает паника. Он отчаянно пытался понять, что делать. Кричать? Вряд ли кто-то услышит его здесь. Изба на отшибе деревни. Ночь. Непогода. Сырой подвал с земляными стенами, которые будут прекрасно гасить все звуки…
Стараясь не поддаваться упадническому настрою, Алекс начал искать логику во всём происходящем. Должно же быть какое-то рациональное объяснение. Зачем он нужен этой Лорин? Почему она прицепилась именно к нему? Замешана ли здесь как-то Марина? Вразумительных ответов не приходило, зато проскользнула внушающая надежду мысль: «А что, если это всё — лишь элемент какого-то дикого розыгрыша, пранка, дурацкой игры, в которой он по какой-то неведомой случайности оказался главным героем?! Вдруг Лорин — всего лишь приглашённая актриса, которая очень убедительно играет роль сумасбродной маньячки. Может, Марина наняла её, чтобы как-то напугать меня… Только зачем?».
Алекс тяжело вздохнул, понимая, что цепочка размышлений остановилась перед тупиком.
— Скажи хоть, на кого ты работаешь? — с сарказмом произнёс он, чтобы как-то разрядить обстановку.
— Подожди минутку, — внезапно мягко ответила Лорин, и мужчина в очередной раз поразился, как она виртуозно управляет своим голосом, мгновенно меняя интонации от стальной холодности до гнева, от ехидства до вот такой какой-то пугающей заботливости.
Одарив его очередной елейной улыбкой, женщина удалилась из радиуса обзора. Алекс не мог видеть её действий, но слышал, как что-то шуршит, хрустит и звякает. И звуки эти не предвещали ничего хорошего. Воображение тут же подкинуло пару картинок с изображением инструментов для пыток в духе средневековой инквизиции, и Алекс поёжился, отгоняя от себя нарастающий страх.
Но по-настоящему страшно ему стало, когда Лорин подошла к кушетке, сжимая в руках шприц с тёмно-вишнёвой жидкостью.
— Что это, чёрт возьми?! Это уже не смешно! — Алекс снова дёрнулся, собрав все силы в надежде, что оковы не выдержат, но металл браслетов и ошейника только сильнее впился в кожу, акцентируя беспомощность пленника.
Лорин приложила палец к губам.
— Тсс… Тихо, малыш. Тебе нужно расслабиться. Постарайся, иначе организм отторгнет лекарство.
— Лекарство? Убери это и освободи меня сейчас же! Не глупи! Я рассказал о нашем разговоре, и меня будут искать, уж поверь! И если что-то со мной случится, тебя найдут! Ты же не хочешь гнить за решёткой до конца своих дней?
— Хорошая попытка, но лучше успокойся, иначе будет больнее, — она нежно провела кончиком длинного ногтя по его груди, спустилась к животу.
Алекса тут же захлестнула внезапная волна желания. Такого сладостного возбуждения он не испытывал ни разу, и эта реакция его не то что сильно радовала. Ситуация меньше всего располагала к подобному, но тем не менее, организм почему-то решил иначе… Или эта Лорин знала какие-то особые точки?