Пока гремели аплодисменты, Малкин прошел к трибуне и, взобравшись на нее, произнес бодро и торжественно:
— Товарищи! Дорогие мои избиратели! Прежде всего я рад возможности лично поблагодарить вас за то, что вы оказали мне высокое доверие, отдав свои голоса за избрание меня депутатом Верховного Совета СССР! Несколько минут назад, войдя вместе с районным начальством в этот зал, я ощутил холод и отчуждение. Здесь было пусто и холодно, и я упрекнул председателя райисполкома в том, что он так некстати занялся экономией дров и не удосужился протопить клуб. Теперь я понял, что был неправ! Теплом своих сердец, своим радушием вы настолько согрели здешнюю атмосферу, что теперь, пожалуй, можно и раздеться! — он отвернулся, быстро снял пальто, положил его на свободный стул возле трибуны и, когда картинно выпрямился, и молодцевато одернул гимнастерку, все увидели на его груди ордена Красного Знамени и Красной Звезды и знак Почетного чекиста.
— Ух ты-и-и! — прокатился по залу гул восхищения и люди снова одарили Малкина громом аплодисментов.
— Вы знаете, товарищи, что с десятого по двадцать первое августа в столице нашей Родины Москве работала Вторая сессия Верховного Совета СССР. Повестка дня была насыщенной, обсуждались жизненно важные для нашей страны вопросы и депутатам пришлось на ней немало потрудиться. Утверждены Единый госбюджет на этот год и Положение о судоустройстве, принят ряд законов, в том числе о Всесоюзной сельхозвыставке и о госналоге на лошадей единоличников, и так далее, и так далее, все публиковалось в печати и я на изложении этих документов останавливаться не буду. Скажу только, что депутаты продемонстрировали на сессии полное единодушие и работать в таком дружном коллективе единомышленников было приятно и радостно. Слушал я докладчиков и выступающих и думал о том, как далеко шагнула наша страна в своем стремлении к всеобщему счастью и как далеко она могла бы шагнуть, если бы не мешали нашему движению вперед наши враги. Где только ни окопались эти троцкистско-бухаринские осколки. Они засоряли судебный и прокурорский аппарат, создавая помехи для свершения правосудия, прекращали дела в отношении явных врагов, занимались взяточничеством и поборами, отпускали на свободу тех, кого надо было расстреливать, и, наоборот, сажали явно невиновных. Волокитили дела, вызывали на процессы сотни свидетелей, отвлекая их от производительного труда, чем наносили немалый экономический вред нашему государству. Дело дошло до того, что суды, вместо немедленного исполнения приговора, давали матерым преступникам возможность обжаловать приговор последовательно в девять инстанций.
Пробравшись на руководящие посты в финансовые органы, они подрывали финансовую мощь государства, дезорганизовывали финансовое хозяйство, расстраивали финансовую дисциплину, снижая контроль за расходованием финансовых средств.
В Наркомпросе они всячески срывали мероприятия партии по просвещению, в Наркомземе пакостили путем недопоставки горючего, добротных семян и так далее, вы это каждый день чувствовали на собственной шкуре.
Вместе с Главным выставочным комитетом они сорвали открытие в этом году Всесоюзной сельскохозяйственной выставки. Строительство ее проведено без продуманного генерального плана, представленные экспонаты не отражали истинных достижений наших колхозов и совхозов. Все их вражеские замысли разоблачены и многие виновные уже получили по заслугам, другим это предстоит после тщательного расследования. Вот такие дела, товарищи.
Очень важным является, на мой взгляд, да и товарищ Сталин такого же мнения, принятый нами Закон о государственном налоге на лошадей единоличных хозяйств. Вы обратили внимание, как обнаглел единоличник в последнее время? Вместо того, чтобы расширять посевные площади — они их сокращали, а количество лошадей увеличивали и использовали их не для сельхозработ, а для работы на стороне, для спекулятивной наживы. У вас тоже таких немало и вы обратили внимание, что это за типы. Обществу ничего не дают, а наравне со всеми пользуются общественным достоянием: школами, больницами, клубами, библиотеками, защитой НКВД, Красной Армии и так далее. Во, как пристроились!
Идя навстречу пожеланиям колхозников, мы решили задавить единоличника налогами, и пусть он или сдыхает, или вступает в колхоз!