Как нет времени и на то, чтобы пересказывать вам содержание этих документов. Просто скачайте. Позвольте мне ограничиться одной простой фразой — в ней все, что я не успеваю рассказать, не могу рассказать, уже никогда не расскажу, а так хотела бы рассказать. Они нам лгут. Они намеренно уводят исследования в сторону, чтобы мы не нашли лекарства. И в этом замешаны люди из нашего же правительства. Я не знаю, кто именно эти «они». И уже не успею узнать. На них работал губернатор Тейт и, как ни печально мне это говорить, Джорджетта Месонье, бывшая наша сотрудница.
Они хотят, чтобы мы по-прежнему боялись. Они хотят нас контролировать. Они хотят, чтобы мы по-прежнему были больны. Пожалуйста, не допустите этого. Умоляю вас, умоляю со Стены, ведь больше я ничего не могу сделать. Но это — могу. Не позволяйте запугать себя, не прячьтесь в своих домах. Оставайтесь теми, кем и должны быть, — свободными людьми, которые сами могут сделать выбор. Прочитайте мое сообщение, поймите, чего они добиваются, что хотят сделать со всеми нами, и выберите жизнь.
Они совершили ошибку, когда решили меня убить. Неважно, живая или мертвая, правда всегда вырвется на свободу. Меня зовут Джорджия Мейсон, и я умоляю вас: пробудитесь, пока еще можете.
Прости, Махир.
Прости, Баффи.
Прости, Рик.
Шон, прости прости прости я не хотела я бы хотела чтобы все сложилось иначе но я не могу немогу я я я я я я я слова уходят они немогу немогу Шон пожалуйста Шон пожалуйста я люблю тебя я люблю тебя я всегда ты знаешь я Шон пожалуйста немогу больше рпрр немогу рппппрр мммм должна меня зовут меня зовут Шон я люблю тебя Шон пожалуйста птпт пожалуйста ПРИСТРЕЛИ МЕНЯ ШОН ПРИСТРЕЛИ МЕНЯ НЕМЕ…
ТРАНСЛЯЦИЯ ОКОНЧЕНА
ВНИМАНИЕ:
РАСПРОСТРАНИТЕ ИНФОРМАЦИЮ
ВНИМАНИЕ:
РАСПРОСТРАНИТЕ ИНФОРМАЦИЮ
ВНИМАНИЕ:
РАСПРОСТРАНИТЕ ИНФОРМАЦИЮ
СВОБОДНЫЙ ПЕРЕПОСТ
Книга V
ЗАПИСКИ С ПОХОРОН
Всю мою жизнь я фантазировал и пытался представить себе разные миры, не похожие на наш. Так делают все. Но мир без Джорджии не представлял себе никогда. И как же так получилось, что именно в нем я и очутился?
Прости.
Администрация сайта «Известия постапокалипсиса» с прискорбием вынуждена сообщить о гибели Джорджии Каролины Мейсон, главы раздела новостей (более известного как раздел вестников) и соучредительницы сайта.
Около трех часов назад меня попросили сделать это объявление, но я долго не мог найти подходящих слов. Тогда же, три часа назад, меня повысили в должности, хотя я никогда не стремился к этому, и мне горько было принимать подобное предложение, зная, какой ценой мне досталось это место. Я бы охотно отдал все должности на свете, но, к сожалению, таким способом ее не вернуть, ни мне, ни другим людям, которые будут ее оплакивать.
Джорджия Мейсон была моим другом, я всегда буду жалеть, что нам так и не удалось встретиться за пределами Интернета. Раз она сказала мне, что живет и каждый день надеется и молится, чтобы удалось отыскать правду; что ей легко преодолевать все невзгоды на пути, потому что когда-нибудь правда сделает ее свободной.
Прощай, Джорджия. Пусть правда, по крайней мере, принесет тебе покой.
Двадцать семь
Кровь Джордж высыхала неравномерно.
Пятна поменьше на стене позади разбитого монитора высохли почти мгновенно. Из-за выстрела пластик треснул, а стекло вдавилось внутрь, специальное «безопасное» стекло — такое не рассыпается на осколки. Все это походило на какую-нибудь художественную инсталляцию — старинный дискотечный шар глазами современного художника. «Вечеринка началась, всем веселиться». Если только не обращать внимания на кровь. А я обращал на нее внимание. Еще как. Просто не знал, что делать и как все исправить.
Большие пятна высыхали медленно, становились липкими, меняли цвет с ярко-алого на темно-бордовый. Меня это расстраивало. Я хотел, чтобы кровь поскорее высохла, почернела, прекратила меня мучить. Я хорошо стреляю. Начиная с семи лет регулярно бывал на стрельбищах, начиная с шестнадцати официально участвую в выездах. Даже если Джордж все еще могла чувствовать боль — она бы не успела ее почувствовать. Прогрохотал выстрел, и она упала лицом на клавиатуру. Только в этом провидение надо мной сжалилось: я не видел ее лица, не видел то, что… не видел. Она не мучилась. Придется повторять себе это снова и снова, сейчас, завтра, послезавтра, каждый день, пока я еще живу.