Стая, обступившая своего вожака, расступилась, выпуская меня на берег и вновь сомкнулась за моей спиной, беря в почетный караул.
"Фиг вам, серые! Готовить на вас и не собираюсь!" — Мстительно пообещал я самому себе, а вслух не преминул проявить вежливость, поблагодарив за спасение.
Барон не поверил.
Стая — тоже.
И правильно сделали — без их помощи я бы в воде оказался только через пару часов, смывая трудовой пот удавшейся тренировки.
Через минуту я оказался стоящим в окружении голых, изможденных людей, все-же гордо посверкивающих черными и зелеными глазами.
Всего девять человек.
И, как прикажете теперь с острова сваливать?!
Вот, вот она, жизненная аксиома: "никогда не откладывай на завтра то, что мог сделать вчера!"
Теперь точно, придется готовить!
Надеюсь, удастся припахать к этому делу морпеха…
Припахать удалось всех: Курт и Бен тут-же умчались проверять ловушки, пара волков покрепче, столкнула в воду тела "не выживших" и полезла на чердак, доставать сушеную рыбу, остальные честно растворились в тени зарослей нашего острова, пообещав вернуться с добычей.
Никогда не знал, что на нашем острове столько свиней!
Первые тушки ушли сырыми — оборотни славно подкрепились и уже не выглядели такими истощенными и побитыми. Через пару часов возник и десятый оборотень, получивший от меня по зубам, на узенькой тропинке. Оборотень, с переломанным позвоночником, увы не выжил и отправился подкармливать рыб.
Может быть, и выжил бы, но… Младших оборотни не любили, платя им сторицей за все свои беды и подобие.
— А ведь нас, теперь, чертова дюжина… — Вздохнул суеверный морпех, посчитав серые спины и животы, довольно развалившиеся у нас на веранде. — Не к добру…
— Что ни делается — все к лучшему. — Курт устало улыбнулся. — Зато теперь мы знаем, где войти в бункер!
— Многие знания — многие печали… — Бормотнул я, падая на пол и сбивая с ног, стоящих.
Бен успел сгруппироваться и откатиться в сторону, а вот Курт — нет.
Ветвистый разряд молний веером прошелся над нашими головами, наполняя воздух запахом озона.
Полковник пришел по наши души!
И ведь точно выбрал время, проработав все детали!
Офицер, тут уж ничего не поделать…
Пока мы катались, стараясь оставить между собой и полковником хоть какой-то барьер, оборотни кинулись в атаку.
Я никогда не любил запах горелой шерсти…
Да и мясо я предпочитаю жареное, а не горелое заживо.
Очередной разряд достал меня, и тело выгнуло дугой, до хруста, до рванины мышц и выверта суставов, наполняя болью каждую клеточку этого чужого мне тела и заставляя выть от безнадеги и собственного бессилия.
Еще и еще, словно полковник, увидев меня, вцепился своими электрическими плетями, мстя за мой длинный язык и наслаждаясь своей местью.
Еще удар и меня окутала тьма, такая горячая, такая добрая, такая долгожданная.
Еще удар, но уже по щеке, вытаскивая меня в свет и боль.
Запах озона разгонял легкий бриз, смешивая его с запахом смерти и соленой воды.
— Ты как? — Рядом со мной, сидел, размазывая текущую из носа кровь по лицу, Бенджамин Аркан, позывной "Стекло". — Сколько пальцев?
— Ненавижу этот вопрос… — Оттолкнул я руку с тремя оттопыренными пальцами. — Особенно от незнакомца…
Судя по моим ощущениям, меня били очень долго, а потом пытались поджарить в микроволновке, на собственном жиру. А для того, чтобы я в микроволновку вошел, сгибали во всех суставах, в противоположную природной, сторону.
Думаю, килограмма два-три, с меня стопили…
А потом — вытащили и стукнули головой.
— Кто? — Я кивнул головой в сторону пустого пространства, на котором раньше стоял полковник.
— Без понятия. — Честно признался Бен. — Но, кто-то зубастый и клыкастый. И очень злой. Голову — почти — напрочь, оторвал!
— Ну… Лучше ему, чем нам. — Я попытался встать на подкашивающиеся от боли, ноги. — Пойду, посмотрю…
После первого же шага, моим глазам открылось поле битвы, покрытое черными проплешинами, кусками обгорелого мяса.
И одинокое тело, лежащее почти у моих ног, в грязи у веранды, почти лишившееся головы — полковник Бейтли.
— Посеявший ветер — пожнет бурю… — Бен встал рядом, опершись трясущимися руками на перила.
— Только ветер посеял совсем не он. — Меня трясло от злости. — Он, всего лишь, его жалкая игрушка, которую метало из стороны в сторону…
— Да ты, никак, его жалеешь?! — Удивлению Бена не было конца. — С чего бы это вдруг?