За полем для гольфа находилось скопление больших домов. Они располагались вокруг слабых очертаний разветвленной дороги, каждое строение возвышалось над растительными джунглями. Лейле они показались похожими на картинки из книжек: высокие покатые крыши с маленькими башенками на вершине или по углам. Когда они приблизились к одному из них, среди зарослей стало видно несколько обломков машин. Насчитав шесть разных типов и размеров, Лейла пришла к выводу, что в каждом доме должно было жить несколько семей. Это замечание вызвало у Эйлсы сдавленный смех, но она предостерегающе приложила палец к губам.
Они обошли вокруг дома, прежде чем войти внутрь, держа оружие наготове и присматриваясь к каждой тени. Вход в дом осуществлялся через заколоченное окно со стороны здания. Сняв крышку, Стэйв потянулся за досками, чтобы откинуть скрытый засов. С винтовкой у плеча он некоторое время осматривал помещение, после чего кивнул Эйлсе и втащил себя внутрь. Забравшись вслед за ними, Лейла была поражена порядком, царившим здесь. Все было пыльным, но в остальном нетронутым. Мраморные полы блестели от слабого света, проникающего через заколоченные окна, освещая столы с различными украшениями и картины в рамках на стенах.
Стейв заменил заслонку на окне, закрепив ее на месте с помощью болта. Жестом попросив Лейлу оставаться на месте, он и Эйлса осторожно поднялись по широкой лестнице, изящно изгибающейся на верхний этаж. Через несколько минут они вернулись, втроем тщательно осмотрев первый этаж. Лейлу поразило отсутствие разрушений, словно она забралась через окно в мир, пусть и лишенный обитателей. Ее взгляд скользил по бронзовым статуэткам и картинам, некоторые из которых она узнала из книг Стрэнга по истории искусства. Сам факт нахождения их здесь казался ей удивительным открытием, пока она не присмотрелась и не увидела, что это не настоящие картины, а печатные репродукции.
- Класс не купишь, - сказала Эйлса, окинув едким взглядом комнату, обставленную кожаными диванами и роялем, занимающим почетное место в центре. - Ставлю недельный паек на то, что ни один из живших здесь ублюдков не сможет сыграть ни одной ноты.
Они закончили экскурсию на кухне - помещении столь экстравагантно большом и богатом раковинами и шкафами, что Лейла удивилась, зачем жильцам понадобились остальные комнаты. Она осмотрела обширную кладовую и обнаружила, что в ней нет никаких угроз, а полки завалены пылью от давно сгнивших продуктов.
- Оставим только подвал, - мрачно прошептала Эйлса, обращаясь к Стэйву. - А нам обязательно?
- Нет, если ты не против проделать обратный путь на голодный желудок, - ответил он. Подойдя к крепкой двери в задней части комнаты, он набрал нужный код на клавиатуре, установленной вместо замка. Когда дверь распахнулась, он включил фонарик. Направив его в тень под открывшимися каменными ступенями, он положил ложе винтовки на руку и начал спускаться.
- Зачем так осторожничать, если все запечатано? - прошептала Лейла.
- Фундамент со временем дает о себе знать, - пробормотала Эйлса в ответ. - Всегда есть вероятность, что кто-то из них мог туда заползти.
Лейла держала фонарик в руке и шла рядом с Эйлсой. Ступеньки закончились примерно через дюжину футов, и три луча засияли на множестве бутылок, стоящих рядами на стеллажах от пола до потолка. Лейла вздрогнула от тяжелого щелчка, а затем моргнула, когда свет залил подвал от квартета галогенных ламп, свисавших с верхних полок.
- Батареи все еще не разрядились после стольких лет, - заметил Стейв, опуская руку с ящика с выключателем. Они осмотрели стены, обнаружив участки неровной кирпичной кладки, но никаких нежелательных вторжений. Под широким вентиляционным отверстием в дальнем конце подвала лежали постельные принадлежности и припасы, покрытые обильным слоем пыли.
- Сколько времени прошло с тех пор, как вы были здесь в последний раз? - спросила Лейла, поднимая подстилку, чтобы отряхнуть ее от пыли.
- Года три, наверное, - ответила Эйлса. - А может, и четыре. - Лейла заметила, что она, похоже, была озабочена бутылками. Бросив вопросительный взгляд на Стэйва и получив в ответ пожатие плечами, Эйлса усмехнулась и принялась осматривать полки. - Кажется, мне хочется чего-то в стиле Шабли.
- Тебе стоит взять одно, - посоветовал Лейле Стейв. - Дома есть люди, которые готовы дорого заплатить за хорошее вино.
- Да, - согласилась Лейла. Она не знала, почему сказала то, что сделала дальше, но слова вырвались раньше, чем она подумала их остановить. - Например, Велна. Ты ведь знаешь ее, верно? Вредная старая ворона с магазином в Художественном. Покупает и продает практически все.
Единственной его реакцией было небольшое сужение глаз, после чего он отвернулся, чтобы прислонить винтовку к стене. - Я слышал о ней, - сказал он, с легким стоном снимая рюкзак.
Она тебе что-то продала, чертов лжец. Что именно? На этот раз ей удалось подобрать слова. Что-то начало складываться в голове. Город Искр. Уильям Блейк. Гамма со сломанной шеей, которую нашли возле Харбор-Пойнт. Все это было похоже на спицы одного колеса, но она еще не могла увидеть все это. К тому же она не была уверена, что хочет этого. Дом Она потянулась к карману, чтобы достать пузырек с таблетками, и в голове у нее зазвучала новая мантра. Главное - добраться до дома.
- Монте де Тоннерр, Гран Крю, - объявила Эйлса с ноткой триумфа. Она вернулась с полок, сдувая паутину с бутылки. - Полагаю, тот, кто здесь жил, заплатил эксперту, чтобы тот все здесь собрал. - Она взяла с полки тройку перевернутых бокалов и уселась на подстилку, чтобы очистить пробку от фольги. - Не желаете присоединиться ко мне?
Вино не было похоже ни на один ликер, который Лейла пробовала раньше. Смесь сухого и сладкого, которая с восхитительной легкостью опускалась вниз и заставляла ее протягивать стакан за добавкой.
- У девушки есть вкус, - сказала Эйлса, наливая еще.
Улыбаясь, Лейла выпила еще, но чувство вины ударило ее, как сильный удар в грудь. Неожиданно вино стало горьким на вкус, и она с трудом проглотила его через сжимающееся горло. - Ромер мертв, - сказала она, и голос ее окрасился рыданиями. Ей было все равно, услышат ли ее. - Люс, вероятно, мертва. Питт определенно мертв, потому что... - Лейла издала скрипучий смешок. - Потому что я его убила. А мы сидим здесь и пьем гребаное вино.
- Так и есть, - вздохнула Эйлса. Она подняла свой бокал, наклонив его, чтобы изучить желтую жидкость в нем. - И оно превосходно.
Лейла хотела выплеснуть остатки вина Эйлсе в лицо, сопроводив этот жест громким «Да пошла ты!. - Но она этого не сделала. Вместо этого она поставила свой бокал на бетонный пол и прижалась к своей подстилке. Некоторое время никто ничего не говорил. Эйлса продолжала пить вино, которое, по мнению Лейлы, она никогда не смогла бы себе позволить во время мира, а Стэйв разбирал винтовку для чистки.
- Люди здесь умирают, - наконец сказала Эйлса, голос ее был тусклее, чем обычно, и Лейла решила, что это результат того, что она сама выпила почти всю бутылку. - Это дерьмо. Но так будет, если ты будешь выполнять эту работу. И ведь никто тебе не сказал, правда? Отбор жесткий не просто так. Убийство - это цена, которую мы платим за все те блага, которые приносим обратно, как те таблетки в твоем кармане. Смерть. - Лейла услышала горькую усмешку в голосе Эйлсы, когда та добавила. - Это единственная настоящая валюта здесь.
Лейла проснулась от звуков музыки. Сначала она подумала, что это остатки сна, но потом поняла, что впервые с момента спуска со стены она провела ночь без сновидений. Может, вино? Она заглушила этот вопрос, решив, что нужно заняться куда более насущной проблемой. Откуда доносится музыка?