Лейла сглотнула и моргнула, чтобы слова на странице не расплывались. - Глава шестая: Баскервиль-холл. В назначенный день сэр Генри Баскервиль и доктор Мортимер были готовы, и мы отправились в Девоншир, как и было условлено. Мистер Шерлок Холмс доехал со мной до вокзала и дал мне последние напутствия. . .'
3
Стадион был одним из старейших зданий в Нью-Сити-Редуте, вычурным классическим памятником из кирпича и мрамора тех времен, когда архитекторы не особо заботились о доступе для инвалидных колясок. Поэтому Лейле и Таксо пришлось приехать пораньше, чтобы избежать давки в туннеле, ведущем к игровому полю. Но даже в это время там уже было многолюдно. Люди заполняли овал многоярусных сидений, окружающих поле, а перед сценой выстроилась целая очередь крашеров. Само поле было поросшим травой и местами асфальтированным, что позволяло Таксо ориентироваться в грязи и лужах, оставшихся после дождя. У деревянных барьеров, установленных перед линией крашеров, они обнаружили Дреша, который добродушно торговался с парой агрисов в зеленых фуражках.
- По два пайка на каждого? - насмешливо спросил Дреш у веселого человека с ящиком яблок. - Ты мог бы просто выхватить у меня нож. Это было бы честнее.
Женщина, стоявшая у продавца яблок, была куда менее приветлива, она хмурилась и отмахивалась от него рукой. - Два чита - вот цена, парень. Плати или проваливай. - Это явно была не первая ее жалоба за день.
- Как насчет одного чита за яблоко? - предлож
ил Таксо, опускаясь на стул. Когда женщина начала произносить очередные ругательства, Таксо полез в свою подседельную сумку и достал пару деревянных колышков с аккуратно нарисованными словами «Electric Palace Theater. - И два билета на сегодняшний показ фильма » Плохой день в Блэк-Роке.
- Видела его шесть раз, - сказала женщина.
- Когда же вы, ублюдки, найдете что-нибудь новенькое?
Тем не менее она взяла колышки и дернула головой в сторону мужчины с коробкой, чтобы он передал товар.
- Раньше они делали засахаренные яблоки, - пожаловался Дреш, когда пара агри ушла. Он вытер фрукт рукавом, прежде чем откусить. - Неплохо, однако.
- Урожай сахарной свеклы в этом году не удался, - сказал Таксо. - Какое-то заражение, я слышал. Как дела, юноша?
- Еще дышу, так что не могу пожаловаться, старина. - Дреш обменялся ударом кулака с Таксо, а затем обратил ожидающий взгляд на Лейлу. - У тебя есть что-нибудь для меня?
- О, да. - Лейла наблюдала, как светлеет его лицо, пока она доставала из своей сумки два номера. Они были старыми, со свернутыми краями и поблекшими цветами, но Дреша это не волновало.
- Сорвиголова и судья Дредд, - сказал он, проводя пальцами по неправдоподобно мускулистым фигурам на обложках. - Когда я был там в последний раз, Велна сказала, что у нее их нет. Я всегда знал, что ты нравишься ей больше, чем я.
- Единственное, что ей нравится, - это хорошая сделка. - Лейла окинула нервным взглядом быстро заполняющиеся места и толпу. Большая аудитория на собрании предвещала неприятности, особенно если у уважаемого мэра были плохие новости. - Может, нам стоит отойти в сторону, - предложила она Таксо.
- К черту. Я хочу видеть его лицо, когда он говорит. Так легче определить, когда он лжет. Если все начнется, просто держитесь за мою коляску и не высовывайтесь.
Нервы Лейлы становились все более напряженными по мере того, как их количество росло, и она переложила свой рюкзак на спину. Она просунула руку внутрь, чтобы можно было легко достать оружие. В дополнение к ножу у нее был утяжеленный свинцом сап и баллончик с сильнодействующей смесью аммиака и перца. Она услышала множество гневных голосов и увидела судорожное недовольство на многих лицах. Больше всего недовольства вызывали извечные темы с техобслуживанием и лекарствами. Агрис и Конс жаловались на изношенные инструменты и сломанные двигатели, а другие, более напряженные голоса говорили о пожилых родственниках с недолеченным артритом и детях с крупом. Где-то продавцы яблок вели все более громкий спор о ценах.
- Вы, ублюдки из Агри, просто паразиты. Набиваете себе морды и грабите нас вслепую...
Спор был резко заглушен огромным визгом из стадионного громкоговорителя, когда на сцене появился Техник в белой форме, чтобы проверить микрофон. После нескольких
регулировок он покинул сцену, и тогда зрители услышали гимн города. Он был написан во время Восстания и, по словам Стрэнга, первоначально содержал несколько куплетов вдохновляющей мелодии. В последующие годы текст песни постепенно начал исчезать из публичного исполнения. Люди просто сочли их неудобными.
Вопреки ожиданиям, мэр Флэк появился не сразу. Вместо этого его опередила группа из шести человек, все в черных кепках, по которым можно было понять их роль, даже если бы они не были сразу узнаваемы. Они выстроились в шеренгу, создавая видимость военной строгости, которая, по мнению Лейлы, почти комично противоречила их внешнему виду. Кроме фуражек, их одежда не была однородной, местами даже растрепанной. Однако присутствие самых знаменитых крестовых города дало серьезную подсказку о характере сегодняшнего объявления, спровоцировав изменение настроения толпы. Лейла не назвала бы звук, прокатившийся по стадиону, оптимистичным, но в нем уже не было той злости, что была несколько секунд назад. Обиженный покупатель яблок даже перестал спорить с Агрисом.
Тлеющее недовольство возобновилось, когда на сцену поднялась коренастая фигура мэра Флэка. Его роль делала его самым важным человеком в Редуте, но и самым ненавистным. Поэтому Лейла никогда не могла заставить себя полностью разделить ненависть своих сограждан. Никакие пайки не могли убедить ее, да и любого человека с мозгами, согласиться на его работу. И все же его трудно было не полюбить, в том числе благодаря его постоянному выражению мрачной решимости, когда он появлялся на публике. У него были тупые, грубые черты лица человека, на которого постоянно сыпался такой груз порицания, что он стал восприниматься лишь как крик толпы, слишком невежественной, чтобы осознать свои обязанности.
- Граждане Нового городского редута, - начал Флэк своим хриплым, бескомпромиссным тоном. - Я не стану тратить ваше время на пустые банальности и, как, уверен, многие из вас с облегчением услышат, расскажу о ежеквартальных результатах исследования производства и содержания.
Он сделал паузу для последующего смеха, который оказался не более чем россыпью стонов и несколькими недовольными смешками. - Факты таковы, что последний переход прошел не очень хорошо. Как вы все знаете, и предыдущий тоже. Дважды все члены Специальной группы погибали, пытаясь доставить в город самые необходимые припасы. Встаньте сейчас вместе со мной и почтите их жертву своим молчанием.
Он отошел от микрофона и опустил голову, закрыв глаза. Молчание в память о павших Крестовых должно было длиться две полные минуты, но в этот раз Лейла отсчитала всего шестьдесят секунд до его окончания.
- Их имена будут выгравированы на стене, - сказал Флэк. - Наряду со многими, кто отдал все ради нашего будущего. Пусть они никогда не будут забыты. - Он снова сделал паузу, окинув толпу ожидающим взглядом. Ответ последовал медленно, но достаточно громко, чтобы понять, что большинство присутствующих согласились присоединить свои голоса к ритуальному эху.
- Пусть они никогда не будут забыты.