— Я видела тебя у Велны, — сказала она. — Что ты купил?
Он снова улыбнулся, и она почувствовала искушение пристрелить его только за это. — Кое-что, что смоет все мои грехи, Лейла, — сказал он.
Она вздрогнула, услышав звук поднимаемой с бокового окна доски. Вернулась Эйлса. — Она ведь не знает? — шепотом спросила она у Стейва, в ответ получив дробное покачивание головой. Когда она убрала ствол револьвера, на его коже остался красный круг. — Так держать. С этого момента больше никаких глупостей. Мы просто вернемся домой. Понятно?
Не дождавшись согласия, Эйлса влетела в дверь, радостно размахивая букетом проводов. — Медь! — сказала она, волосы и плечи которой были покрыты грязью и пудрой. — У них были солнечные батареи и один из этих настенных аккумуляторов. — Она начала сматывать провода. — Это не даст технарям слишком много ныть. Надо проверить другие дома.
— Нет времени, — сказал Стейв. Закрыв крышку пианино, он достал винтовку и поднялся на ноги. — Мы уже должны были выйти на трассу. Пора идти домой.
20
Этот путь был самым прямым, но и самым нервным.
— С каждым годом лес становится все гуще, а тени все глубже, — тихо произнесла Эйлса, пока они шли по сдвоенным линиям из ржавого металла на прогнивших шпалах. Они держались относительно чистого промежутка между двумя отдельными путями, гравий под ними был заросшим сорняками, которые росли достаточно густо, чтобы местами заслонять рельсы. Взгляд Эйлсы постоянно блуждал по лесу в обе стороны. — Не зря мы нечасто ходим этим путем.
Им пришлось обогнуть несколько поездов. Некоторые из них упали на обочины, но другие все еще стояли на рельсах. Большинство из них были грузовыми, но некоторые состояли из пассажирских вагонов. Несколько из них, очевидно, были заняты на некоторое время после Кормления, обстроены импровизированными укреплениями и дополнительными укрытиями. По разбитым окнам и заросшему состоянию оборонительных сооружений было ясно, что продержались они недолго.
— Чертовски удачный путь, — сказала Эйлса, когда они остановились возле вагона с лестницами, прислоненными к бортам, и смотровой площадкой, поднимавшейся с крыши. — Застрять в поезде на краю света.
Лейла подумала, не спуститься ли ей по одной из лестниц, чтобы заглянуть внутрь, но отказалась. Еще одно место, наполненное костями, подумала она, вспоминая аэропорт.
Они начали двигаться дальше, но остановились, когда по рельсам разнесся громкий удар. Лейла присоединилась к остальным, приседая и доставая оружие. Однако, когда звук затих, ее глаза проследили за лесом, в котором не было ничего, кроме взволнованного порхания птиц.
— Что это было? — сказала Эйлса, и Лейла потрясенно заметила, что ее пистолет дрожит в рукоятке. Она действительно слишком часто бывала в командировках.
— Хай-экс, что бы это ни было, — ответил Стейв. Он еще несколько секунд поводил винтовкой над деревьями, а затем опустил ее. — Что и где. — Он пожал плечами и выпрямился. Лейла поискала на его лице признаки обмана, но ничего не увидела. Если это и было связано с Рехсой, то он не знал, как. Взмахнув головой, он пустился в быстрый путь, и они оба последовали за ним.
Они прошли еще милю, прежде чем произошло следующее неожиданное событие, но на этот раз это был не взрыв, а собака. Уловив мелькнувшее движение в кустах слева от себя, Лейла предупреждающе зашипела. Все трое остановились, чтобы навести оружие на рыжевато-коричневую фигуру, появившуюся из подлеска примерно в двадцати футах от них. Зверь настолько отличался по внешнему виду от мохнатых и злобных обитателей Подземки, что Лейла подумала, что он может быть представителем отдельного вида. Во-первых, оно было примерно в два раза больше. Кроме того, вместо молочных, невидящих глаз оно смотрело на них ярким любопытным взглядом, а язык высовывался из открытой пасти в манере, напоминающей бесхитростную улыбку. На шерсти не было ни подшерстка, ни язв, хвост был длинным и плавно покачивался. В общем, в нем не чувствовалось угрозы, но трудно переломить усвоенные инстинкты, и Лейла все же заставила себя поднять револьвер.
— Не надо, — сказала Эйлса, положив руку на предплечье Лейлы и спокойно убрав оружие. — Она безвредна. — Опустившись на корточки, она протянула руку к собаке, раскрыв пальцы и выставив ладонь. — Привет, ты. Что ты здесь делаешь, милая? — Собака наклоняла голову из стороны в сторону, пока Эйлса продолжала уговаривать ее. — Ты ведь здесь не одна, правда? Ты не выглядишь достаточно голодной.