— Второй случай… Нападение на обоз, следующий в малую крепостицу. Вот здесь! — подпоручик вновь указал место на карте, — Точнее… Нападение было произведено не на сам обоз, а на фургон, у которого лопнуло колесо. Кстати! Интересно — почему их бросили? И фургон, и троих солдат при нем? В итоге — один солдат убит на месте, двое — пропали. Я бы этого унтера, что командовал обозом…
Веселовский снова поморщился, вздохнул и ответил:
— Уже, подпоручик, уже! Я помню этот прискорбный случай. Унтер-офицер Разумовский был разжалован и сослан в крепость Грозную. Пусть там попробует отличиться и смыть вину кровью.
Увидев вопросительный взгляд Плещеева, начштаба, пояснил:
— Струсил, сволочь! Унтер, из вольноопределяющихся. Бросил и имущество, и товарищей. Причем — еще до нападения, даже не зная о готовящемся! Просто побоялся стоять на дороге, ждать, пока заменят колесо. Это же — коней нужно выпрячь, телегу разгрузить, поднять ее, колесо поменять. И далее — в обратном порядке. Ну, вы сами знаете, голубчик! Не раз этим командовали.
— Да, я знаю. Не раз водил обозы… А Разумовский… он что — из поляков? Не так ли?
— Да. Из студентов, из Варшавы. Что-то там злоумышлял против государя и империи. Был заподозрен жандармами, вот и выбрал такой способ избежать ответственности… М-да… Продолжайте, подпоручик!
— Так вот… Еще два случая — из подобных. Произошли вот здесь… и — здесь!
Веселовский задумался:
— Верст двадцать пять или тридцать будет. По окружности. Если не больше…
— Да, примерно так! И вот что я подумал… Поговорил с казачками, которые, как правило, вдогон и идут. Они не ходят дальше трех-пяти верст за линию наших постов и пикетов.
— И это — понятно. Были случаи засад…, - кивнул подполковник.
— Вот я и подумал… Возможно… Возможно, есть кто-то, кто очень хорошо изучил наши ответные действия на такие нападения. И как действуют казаки — тоже. А что если… горцы создали неподалеку от нашей территории несколько таких…
Плещеев уже было хотел сказать — «аэродромов подскока», но вовремя опомнился.
— … небольших укромных баз. Они там сидят неподалеку, имеют все необходимое, высылают своих соглядатаев, как щупальца, в нашу сторону… И как только видят что-то интересное — раз! Нападают. А потом уходят на эти базы и отсиживаются там, зная, что казачки до них не дойдут. И, мниться мне, не доходят они, казачки, то есть, до них — сущие пустяки. Версту, может, две. Или — пусть будет — пять!
— А почему вы думаете, что они не уходят сразу в свои села? — усомнился Веселовский.
— Так взяли — мало! Ущипнули нас — не сильно. Что взяли — то можно и с нарочными к себе домой отправить, а самим — снова сидеть, ждать удобного случая.
Веселовский встал, походил, набил трубку:
— Закуривайте, Юрий Александрович. Когда куришь — лучше думается…
Потом начштаба подошел к столу с картой:
— Верст двадцать пять или тридцать… Не многовато для оперативной зоны одного отряда?
— Ну так… возможны две, или даже — три группы.
— М-да… Интересно, кто же такой умный у них там выискался? — начштаба почесал подбородок, пошуршав щетиной.
— И ведь все говорит о том, что они не успокоятся. Понравилось, значит, им. В фургоне они взяли пороха несколько бочонков, свинец на пули, муку, крупу. То есть — как раз то, что им нужно для дальнейшей деятельности… Обратите внимание, господин подполковник… Еще весной таких нападений — не было. Были другие, обычные. А вот так… Только в июне последовало первое. Потом — еще три. Это они, я так думаю, руку набивали, опыта набирались…
— И что делать? Ваши предложения, господин подпоручик?
«М-да… ну — как всегда: инициатива… э-э-м-м… инициатора!».
— С десяток казачков поопытнее, да пошарить потихоньку в округе. Найти эти базы… Если я не ошибся, конечно. Найти эти базы…
— И сжечь? — посмотрел на него начштаба.
Юрий хмыкнул, поморщившись:
— Ну, поставить мины вы же мне не позволите?
Это Плещеев напомнил Веселовскому о его категорическом запрете на изготовление противопехотных мин, которые предложил тогда еще корнет. Что характерно — такая же реакция последовала и от Гордеева, и от Грымова. Дескать, а ну как — мирные подрываться начнут. Да и вообще — подлое средство!
«М-да… рвать минами через подкопы стены крепостей — это можно! Использовать брандеры и прототипы первых морских мин против кораблей — тоже додумались. А вот противопехотные — подлое оружие! Можно подумать — от подрыва стен и кораблей меньше народа гибнет! Но… м-да… Ладно! Имеем то, что имеем!».