— Да я разве ж против?! — пожал плечами Плещеев, — Есть у вас деньги, вложили в дело. Разве плохо? А мы с Максимом свои проценты, надеюсь, получим. Да и задумки еще есть! Если все дело дальше пойдет полюбовно, можно и еще чего-нибудь в ход пустить.
Грымов в очередной раз с интересом посмотрел на Плещеева, но тот тему развивать не стал, а капитан не счел возможным настаивать. На сам торг Грымова с купцом Плещеев не остался: полагал, что капитан сможет внятно изложить их позицию, а потом и отстоять ее. Да и вера в Грымова у Юрия не пропала, честь у этого офицера все-таки была, и совсем уж «кидать» своих товарищей он был точно неспособен.
А дальше… Дальше у Грымова с купцом явно что-то стало налаживаться. Плещеева не беспокоили, но уже с утра пораньше оба они умелись смотреть ту мастерскую, потом еще куда-то ездили, после чего снова заседали в столовой Вариного дома, судили-рядили. Даже ругались, как рассказала Юрию прошмыгнувшая к нему в спальню под покровом ночи хозяйка.
Пока Никита Саввич гостил в доме дочери, посещать последнюю в ночную пору было бы уж совсем неуместно. Но, видно, не выдержала сама купчиха и прокралась на третью ночь в гости к любовнику.
— Изрядно поднабрались батюшка с господином капитаном! Вот я и воспользовалась случаем, что он спит в спальне моего покойного мужа без задних ног, прокралась к тебе. Ты мне рад?
— А то! Конечно же, рад! — Плещеев, схватив женщину в объятия, поволок ее на тахту, показывать всю степень его радости от ее визита.
А через некоторое время:
— Так что, говоришь, ругались сильно? — Юрий попыхивал трубкой, раскуривая табачок.
— Ну не то, что ругались, но спорили сильно! — поясняла Варвара, — Батюшка потом сетовал, что с капитаном вашим спорить — что с жидом торговаться! Пенял, что, дескать, не удалось сбить ваш процент меньше десяти.
— И что, Никита Саввич-то — сильно заинтересовался нашим предложением? — продолжать интересоваться подпоручик.
Женщина кивнула:
— Сильно! Это я могу судить по тому, что раньше-то он, когда приезжал, сидел в книгах амбарных, все проверял; потом в магазине, да на складе все пересчитывал; да с Захаром разъезжал. А то, бывало, и поколотит Захарку! — хихикнула Варя, — А сейчас-то… Немного полистал книги эти, а потом, после разговоров с вами — даже не заглядывал в них. И товар не проверял!
Женщина подвинулась к Юрию поближе, приобняла его рукой и прошептала:
— А мне сказал… Ты, говорит, держись за этого офицерика молодого покрепче. Мню, говорит, что большую пользу через него получить сможем. Ну и вот…
— Что — ну и вот? — не понял Плещеев.
Варя крепче прижалась к нему и снова тихо засмеялась:
— Так вот, я и держусь. Разве не чуешь?
Юрий — чуял!
«М-да… Тут, как говорится — и пользы ради, и здоровья для!».
Подпоручик поглядывал на задремавшую у него на плече женщину и раздумывал:
«Как-то этот сон… Не то что неинтересный, но какой-то… Не очень красочный, что ли! Больше рутины, меньше удивительного. Как в книгах про попаданцев: быт, немного прогрессорства, изредка — подвиги. Хотя… И подвиги какие-то кровавенькие, излишне натуралистичные. Х-м-м… а не ты ли сам являешься причиной этой кровавости? Может, потихоньку в маньяка превращаешься? Вроде бы в роду психопатов не было.
Да и с женщинами — тоже. Нет, они тут есть, но уж с прежним сном, где я был Каннутом — не сравнить! Там-то… м-да… Баб-с было с избытком! Да все красотки, одна другой краше. А здесь все проще и реалистичнее. Нет, я вовсе не хандрю и не жалуюсь, но местных дам-с с теми — не сравнить. И уж со Светкой Чертковой — тем более. Да и Юлька… Ух, она бы тут смотрелась как жгучая фемина неземной красоты!
Здесь же все проще… Хотя чего мне жаловаться?! Вот лежит нагая женщина. Не красавица? Ну-у-у… Да. Но и не совсем уж — невесть что. Тем более сейчас, когда я ей поправил здоровье и немного — внешность. И отдается она мне тоже — как в последний раз. Так что не греши, ваш-бродь — все у тебя здесь в норме.
И вот ведь — далеко не дурочка эта Варя. Не особо умна, но по-житейски сметлива, и хитрованка: именно она сама додумалась, что не следует разглашать способности Плещеева как лекаря. Ни к чему привлекать излишнее внимание! И так уже…
Вот пару заряженных медальонов она по каким-то своим знакомым продала, но не более. Х-м-м… или это она так «свое» защищает? А то — ну как начнут соблазнять подпоручика разные «пациентки»? А зачем это ей, чтобы любовника увели? Хитра, хитра — не отнять!».