Плещеев снова вскочил:
— Ваше высокоблагородие! — возможно, чуть более громко, чем следовало, рявкнул подпоручик, — Полагаю верным, что я прежде всего офицер, русский офицер, а не стихоплет и певун, и уж вовсе не выдающаяся личность в чем бы то ни было. Включая сюда разного рода придумки и безделушки.
— Весьма, голубчик, весьма! — полковник потрепал Плещеева по плечу, — Однако же, должен заметить, что вы зря так уничижительно поименовали ваши изобретения: все эти ракеты и сигнальные мины. Они, знаете ли, начали пользоваться все большим спросом. В первую очередь у тех офицеров и командиров, кто относится к службе не спустя рукава, кто привык ценить жизни и здоровье своих подчиненных. Да-с… Ну что же? Я, признаться, другого ответа от вас и не ожидал. Да! Не ожидал. И сам, знаете ли, грешил в молодости залихватской отвагой и наплевательским отношением к опасностям. Ну так что же… Значит, дожидаемся ваших попутчиков — охотников и казаков. После этого я доведу до вас ситуацию и объясню, с чем вам придется иметь дело.
— Так точно, господин полковник! Бог не выдаст — свинья не съест! — кивнул Плещеев.
Макара Ковязина и Ефима Подшивалова Плещеев не видел уже изрядно времени. В то время, пока он, прямо скажем — прохлаждался, и тот и другой, после краткого отдыха продолжили нести службу. Казак — со своим десятком, Макар же, со своими «разбойниками» продолжал лазить по ближним пределам и чуточку — за ними.
Поздоровавшись кивком с прибывшими, Юрий негромко спросил:
— Все ли благополучно? Все ли живы-здоровы?
Ефим в ответ шепнул:
— Слава богу, все в здравии.
Ковязин подтвердил слова казака, молча улыбнувшись.
— Ну что же, приступим! — скорее сам себе сказал Веселовский и развернул на столе перед ними большую карту участка кавказских гор, — Что хочу сказать в самом начале… Общая ситуация, вкратце: что на востоке вдоль линии, по Тереку, что в Чечне, так же как и на побережье — все крайне сложно. Практически одновременно… Да, с разницей всего в несколько дней, представьте! Западные, прибрежные горцы напали на крепости Черноморской линии, а Шамиль с присными, выйдя с гор Чечни и Дагестана, напал на ряд наших крепостей в предгорьях. Несомненно, нападения эти были хорошо скоординированы. Почему я так думаю? Горцы и прежде постоянно беспокоили наши крепости, посты и шверпункты набегами и обстрелами, что на востоке, что на западе. Но никогда их действия не были столь одновременными и такими изрядными силами.
Полковник встал и прошелся по кабинету.
— Кроме того, есть люди, которые точно указали, что те же прибрежные черкесы получили помощь от турок. Как деньгами, так и оружием. К Шамилю тоже направлялись эмиссары Порты. Несколько таких малых караванов перехвачены южнее, в грузинских пределах. Но бог весть — всех ли перехватили, или кому-то удалось проскользнуть незамеченным.
Как вы, должно быть, в курсе дела, неоднократно в рассказах мелькали упоминания о некоем рыжеволосом иностранце, который частенько появляется у черкесов. Имеются все основания полагать, что человек этот связан с этим общим возмущением горских племен. Как я уже говорил, нами предприняты определенные меры к установлению мест, в которых сей «рыжеволосый» появляется особенно часто, а также — с кем он имеет дело, кто его привечает из вождей племен.
Так вот… Есть у нас данные, что в настоящее время человек этот находится примерно вот здесь…
Веселовский, подойдя к столу, ткнул пальцем в какую-то отметку на карте.
«Х-м-м… судя по всему, от нас это… верст двести, даже побольше. Хотя… тут карты точностью масштабов не «страдают»!».
— А что здесь находится? — Юрий осмотрел карту, пытаясь высмотреть из имеющихся на местности названий знакомые, но не преуспел в этом.