«Не хер! Пусть отрабатывает. А то — ишь ты! Душно ему, видите ли! Налопался, как кот на Масленицу, а расплачиваться кто будет? Нет, Максимка! Ты уж тут сам как-нибудь! И не одними только песенками. Тем более… Паша обещала попозже забежать на огонек!».
Женщина и впрямь посетила «приют убогого чухонца»:
— Спать уложила! Надрызгался, постылый. Все лез да в чувствах признавался, поганец. Пять лет прожили — хоть бы раз слово ласковое сказал! А тут — что ты?! Как кто-то другой обратил внимание, так и сразу… Пашенька, Пашенька! Раньше нужно было думать!
Пробыла она у него недолго, часа три. Но…
«М-да уж! Растет мастерство, и опыт обретается. Прямо вот — ух! С желанием женщина подходит. Ей бы еще чуток фантазии и инициативы. Но на всякое предложение реагирует с энтузиазмом!».
Начальство Плещеева несколько «припахало». Если семьи нет, в гости не зван, то тянуть тебе лямку, корнет, как медному котелку! Почти все праздники — в штабе. Но Юрий не обижался: как и в реальности, здесь люди ждали этих праздников. А если есть куда пойти и с кем общаться — чего же не дать таковую возможность господам офицерам? Вот-вот…
И вот здесь, стоило ему лишь помечтать о ничегонеделании дома… Ротмистр, будь он неладен! И ведь особого желания блудить не было — спасибо Паше. Баня разве что…
К удивлению Плещеева, компанию ему и ротмистру составил адъютант командующего, поручик Рузанов. А у Юрия уж сложилось было впечатление о Николае, как о скромном и интеллигентном офицере-интеллектуале. Но видимо, «в тихом омуте — черти водятся!».
Ростовцев разливался соловьем:
— Время я такое выбрал, Юрий Александрович, дабы не попасть впросак! Позднее могут и ангажировать самые пристойные номера. Да и этуалей — тоже. А так… Снимем все сливки!
Корнету представлялось несколько некорректным сравнение банных жриц любви со сливками: «Там сливки уже давно сняты!».
Меж тем ротмистр продолжал:
— Шампанское, конечно, не «Вдова Клико», но — что уж удалось достать у местных торгашей. Однако несколько бутылок Цимлянского — имеется. Хересу еще взял да Малаги. Но это больше для девок, они сладкое любят.
«Похоже, все-таки пить придется много. Хорошо еще, что я додумался потренироваться в выводе алкоголя из организма. Пусть и не все получается, но может, и хватит силенок продержаться, чтобы не упиться. А с Ростовцевым этого стоит ожидать!».
— А вы, поручик, как смогли отпроситься со службы? — поинтересовался Плещеев у адъютанта.
Рузанов улыбнулся с довольным видом:
— Его превосходительство в преддверии Рождества в Ставрополь уехал. И отдохнуть от хлопот, и в штабе кое-какие дела решить. А у Веселовского я отпросился.
— Господа! А у меня вот вопрос… несколько интимного свойства, — решил поинтересоваться Юрий, — В силу неопытности своей, не понимаю — а как там… к-х-м-м… девиц выбрать? Или их всех демонстрируют?
Ротмистр захохотал, но потом, доверительно наклонившись к Юрию, ответил:
— Можно и так, но сие почитается дурным тоном. Это более присуще купчишкам наезжим. Но, корнет, вы можете быть покойны: мой опыт подсказывает, что я уже понял ваши вкусы. Ваша горничная… не так ли?
Плещеев задумался: вроде и так, но и…
— Все будет в лучшем виде! — ротмистр довольно панибратски хлопнул его по плечу, неправильно поняв его раздумья.
«А может там и покрасивее кто есть?».
Бани пресловутого Оганесяна были и впрямь — весьма интересны. Начать с того, что расположены они были на уютной тенистой аллее.
«Летом здесь, наверное, вообще красота!».
Двухэтажное каменное здание непонятного стиля — здесь было что-то и греческое, и восточное. Но в целом смотрелось очень неплохо! Когда они вошли в фойе здания, их встретил армянин средних лет. Опять же — в восточном наряде: сандалии с чуть загнутым носком, светлого тона шаровары, перевязанные широким кушаком, светлая же рубаха и черная жилетка. Вот только фески не было для полного сходства с турком. Не обращая на армянина внимания, Ростовцев пояснил:
— Это один из племянников хозяина. У них здесь вообще — семейное дело.
Ротмистр махнул рукой, и его денщик, который был сегодня и за кучера, потащил куда-то в глубину помещений изрядный ящик с позвякивающим и булькающим содержимым. Видимо, приходилось денщику здесь бывать, и не один раз!
Помещение, куда их провели, было оформлено не без вкуса: стены и полы — из тесаного светло-серого камня, потолок с лепниной, по стенам — низкие мягкие диванчики. На время все разошлись по кабинетам — переодеваться.