По виду Веселовского стало понятно, что далеко не все командиры частей у него в фаворе. И по факту, осенью, у подполковника будут развязаны руки, для некоторых кадровых изменений.
«М-да… только — сколько для этого нужно смертей солдат, чтобы начать какие-то изменения? И как быть? Если опытный штабист Веселовский не может вот так сразу, волевым решением, заставить принять их предложение? Куда уж мне-то… Плетью обуха не перешибешь!».
Большого труда стоило Плещееву успокоить и своих товарищей. С Грымовым было проще — тот был человеком в возрасте, а, значит, и с изрядным житейским опытом, понимал, что не все так просто. А вот Гордеев был изрядно расстроен.
— Максим Григорьевич! Ну что вы, в самом деле? Не сразу Москва строилась. Посудите сами: любая новинка, прежде чем стать повсеместно используемой обыденщиной, проходит непростой путь к внедрению и принятию нашим обществом. Ничего, будет и на нашей улице праздник. Полагаю, несмотря ни на что, нам нужно искать человека предприимчивого, кто начнет сие дело. Пусть пока малыми партиями, почти по себестоимости, только чтобы затраты отбить. А потом… Потом будет видно!
Но и здесь тоже было не все благополучно! По словам Грымова, непосредственно в Пятигорске требуемых им людей не было. Были какие-то ремесленные лавки, почти кустарные мастерские, но вот производство на них не начнешь! Да и в Ставрополе, даже подключив знакомых, штабс-капитан пока никого не нашел. Одни кандидаты в миллионщики качали головой, твердя, что свободных мощностей для начала производства нового изделия нет; другие — сомневались в целесообразности их задумок, кивая на волю начальства: «вот если будет решение лиц, облеченных властью — тогда другое дело!». Третьи… Третьи не имели капитала, чтобы начать неведомое.
«Прав был все-таки один местный, кавказский товарищ: «Кадры решают все!».
Однако был и плюс — для самого Плещеева лично. Грымов свел его с владельцем такой кустарной лавки и рукодельником по совместительству. Интересным для корнета сей человек был тем, что именно он изготовил латунные «жопки» всех мин. Как уж этот пожилой мещанин этого добился — Юрию было не особо интересно, но вот попробовать перезарядить все имеющиеся у него гильзы к пистолетам и карабину — почему нет?
— Ваш-бродь! Я-то не против, сделаю! Только вот в чем загвоздка — не все гильзы смогу переоснастить: отрывает часто сам картон от латунной головки, — объяснял мастер корнету.
— А что, сам изготовить эти гильзы и снова их запрессовать не сможешь?
Тот почесал затылок:
— Смогу. Только калибр-то — куда меньше, чем у энтих… мин. Сложности опять же…
— Так. Давай договоримся: переснарядишь сколько получится. Остальные — проверить на раздутие, и если какие в норме — тоже гильзы новые поставишь. И еще… Не надо снаряжать эти патроны пулями.
— А как? — удивился собеседник.
— Картечь!
По недолгому размышлению Плещеев решил, что пистолеты все равно далее двадцати-двадцати пяти метров использовать смысла нет никакого. За счет короткого гладкого ствола полет пули был вполне себе непредсказуем. А значит — что? Картечь! На таком расстоянии осыпь будет вполне приемлемой. На короткой дистанции шесть или восемь картечин все же предпочтительнее, чем пусть и гораздо большая, но — одна пуля. Карабин — то же самое. Ствол у него все-то сантиметров шестьдесят или семьдесят.
«Будет у меня лупара!».
— А какой диаметр картечи будем делать? — спросил мастер.
«Миллиметров пять? Маловато. Пусть будет — восемь!».
— Делай на треть дюйма, в самый раз! Только обязательно проверь — чтобы и по диаметру, и по весу все были одинаковые. И круглые! Это — обязательно. Пулелейку сам сделаешь.
Рукодельник кивнул:
— Только уж с вас, ваше благородие, тогда пистоны без задержки.
— Закажу в Ставрополе! Думаю, через пару недель уже привезут, — согласился Юрий и подумал:
«Надо посидеть, покумекать, да заказать этому умельцу всю справу по перезарядке патронов. Только гильзы у него покупать!».
Он в детстве и юности неоднократно помогал отцу снаряжать патроны перед открытием охотничьего сезона. Плехов-старший вполне мог позволить себе покупать их в необходимом количестве, но этот процесс относил к некоей магии и непременно сам «священнодействовал» в предвкушении выезда на природу с друзьями и приятелями.
— Покупные патроны, Женька, это я тебе скажу — лотерея та еще! Ладно там — фабрики и заводы разные. Но ведь и от партии патронов тоже многое зависит. Бывает возьмешь уже привычные — а вот хрен там! Осыпь совсем другая. Не дело это! Это и промахи досадные, и подранки постоянные. А вот когда сам — не торопясь все тщательно отмеришь, аккуратно запыжуешь, да и капсюли пальчиками откатаешь, проверишь — нет ли сомнительных… Вот тогда — да, можешь быть уверен, что выстрел будет резким, хлестким, а не этаким… пуком!