Лео Драйер. Брат мисс Нины.
Алиса тут же снова вжалась в темный изгиб стены. Ее трясло, и она не могла унять дрожь. Она никогда в жизни не была столь сильно напугана.
Конрад, конечно, узнал Лео. Его голос немного дрожал, когда он сказал:
— Драйер? Какого дьявола здесь происходит? Ради бога, скажи этим людям, что произошла ошибка.
— Нет никакой ошибки, герр Кляйн.
Это больше не был голос того юноши в доме в Вене. Это был голос холодного авторитетного мужчины, который, как почувствовала Алиса, был полон злобы. Мог ли Драйер все еще злиться на Конрада за то, что тот бросил его сестру, и мог ли он использовать свое положение в нацистской партии, чтобы определить Конраду то наказание, которого, по его мнению, он заслуживал? Едва дыша, Алиса подалась чуть вперед из тени и заглянула в фойе. Да, это был Драйер.
— Вас отвезут туда, где вас будут держать с другими евреями, — сказал Лео Драйер, — мы ищем их, и мы найдем всех, герр Кляйн, будьте уверены, что мы найдем их всех. — Пауза. — Мы также найдем их семьи и тех, с кем они живут, — говорил он, а Алиса почувствовала прилив новой волны страха. Их семьи и тех, с кем они живут...
По сигналу Драйера солдаты вытолкали Конрада через парадные двери на улицу. Послышался шум нескольких включенных моторов, а потом машины с ворчанием умчались в темноту. К тому времени, когда Алиса, все еще босая, промчалась по оставшемуся пролету лестницы и выбежала на тротуар, машины уже скрылись из виду, и перед Алисой остались только клубящиеся выхлопные газы, пятнами уходящие в сладко пахнущую весеннюю ночь.
Глава 22
Просторные апартаменты, которые Алиса обставляла с таким удовольствием, больше не казались ей раем.
Мы ищем их всех, сказал солдат СС. Мы ищем всех евреев, их семьи и тех, с кем они живут...
Их семьи. Алиса не очень волновалась за себя, но была Дебора, сладкая, беспомощная, доверчивая Дебора — все знали, что она дочь Конрада. Но, конечно, они не станут причинять вреда детям, даже эти солдаты СС, со стальными глазами, похожие на пойманных в ловушки крыс, даже Лео Драйер, полный самой жестокой ненависти, которая горит в его глазах.
И все же...
И все же Алиса, как фурия, носилась по квартире, закидывая одежду в чемоданы, рассчитывая, планируя и выкрикивая приказы няне Деборы, которая не понимала до конца, что происходит, но еще до этого слышала марширующих на улице солдат и догадалась, что все это было не просто одной из вспышек гнева мадам. Она, согласно указаниям госпожи, вытаскивала чемоданы и испуганно, заикаясь, задавала вопросы. Куда они собираются? На чем они поедут? Алиса на мгновение замерла посередине своей спальни, лихорадочно раздумывая.
— Англия, — радостно сказала она, а потом, увидев удивление на лице няни, продолжила: — Это вполне осуществимо, если вы будете разумно за всем следить и сделаете все в точности так, как я вам скажу. У вас паспорт с собой, да?
— Да, с того момента, как я впервые приехала к вам из Эйндховена, но...
— Хорошо. — Алиса на секунду остановилась, чтобы поблагодарить каких бы то ни было богов, подходящих в этом случае, за то, что, когда она нанимала няню, она выбрала голландскую девушку, которая, по крайней мере, хоть чуть-чуть путешествовала и имела при себе паспорт. — Теперь слушайте внимательно. Сейчас вы должны взять Дебору, сегодня же...
Да, сегодня же, говорил ее разум, потому что в любой момент мы можем услышать марширующих снаружи солдат; ведь если Лео Драйер мог приказать им арестовать столь невинного человека, как Конрад, он мог приказать им арестовать и семью Конрада.
— Вы сможете взять такси до вокзала, — говорила Алиса. — Сейчас только десять часов, и сейчас там будет еще много такси... ох, подождите. Вам понадобятся деньги. — Алиса выхватила свернутые чеки из ящика со своей одеждой и сунула их в руки женщины. — И лучше, чтобы у вас было что-нибудь, что вы смогли бы продать, если деньги закончатся или если вы не сможете обменять их на английскую валюту. Вот... и вот... — Сверкающий ворох золота и серебра полетел в замшевую сумку, потом ее засунули в боковой карман чемодана. Большинство драгоценностей баронессы были подарками Конрада, множество было куплено по особым случаям — их первая встреча, премьера «Альрауне», рождение Деборы. Каждое украшение было воспоминанием, но Алиса продала бы каждый камень, каждый карат этих драгоценностей и свой шкаф в придачу, если бы это могло гарантировать безопасность Деборы.
— Продайте все, если потребуется, — сказала Алиса, — но идите в маленькие неизвестные ювелирные магазины и продавайте один предмет за один раз, потому что так будет менее заметно.
— Да, я поняла. Но куда я должна поехать?..
— Я хочу, чтобы вы сели на первый же поезд, который подойдет и увезет вас как можно дальше от Вены, — сказала Алиса. — Но это может быть поезд, который привезет вас в Германию, а из-за того, что сейчас происходит, туда лучше не ехать. Поэтому, если получится, поезжайте в Зальцбург. Если вам будут задавать вопросы, отвечайте, что Дебора — ваша дочь, и вы едете с ней к своей семье. Вы сможете это сделать? Вы сможете убедительно солгать?
— Я не люблю лгать, мадам, но при необходимости я буду лгать очень убедительно.
— Хорошо. В Зальцбурге садитесь на поезд и поезжайте в Швейцарию. Или, если не будет подходящего поезда, возьмите напрокат машину. Не имеет значения, как много денег вам придется потратить, вы поняли?
— Да.
— Все ваши бумаги в порядке, и у вас не должно быть проблем с пересечением границ, — говорила Алиса. — Из Швейцарии поезжайте во Францию. Вновь на поезде, если получится, если нет — на машине. Всегда держите паспорт наготове и постарайтесь не вызывать подозрений. Рядом с большинством больших железнодорожных станций есть гостиницы; бронируйте там комнату на ночь, когда будет нужно, — наверное, будет лучше, если вы будете делать вид, будто никуда не торопитесь. Конечно, постоянно держите Дебору рядом с собой. Когда вы окажетесь во Франции, будет просто добраться на пароме до Англии.
— Да, я сделаю все, что смогу.
— Когда вы приедете в Англию, поезжайте к мистеру и миссис Джон Уилсон, — говорила Алиса. — Я напишу вам адрес. На этом этапе пути вам придется спрашивать дорогу, но там будут полицейские участки, железнодорожные кассы, а вы очень хорошо говорите по-английски.
— Кто такие мистер и миссис Уилсон?
— Это не важно. Но вы можете полностью им доверять, и я могу.
Родители Алисы не одобрят появление на свет Деборы — ребенок, рожденный вне брака, будут говорить они, шокированные этим, — но они позаботятся о ней, Алиса точно это знала. Она сказала:
— Я напишу письмо, которое вы отдадите им, и в нем объясню все, что случилось.
— Но разве вы не поедете с нами?.. Мадам, если есть опасность, вы должны поехать с нами.
— Я не поеду, — сказала Алиса. — Я не могу. Я должна остаться здесь, пока не узнаю, где Конрад. Его отправят в один из трудовых лагерей, сказал этот солдат из СС. Если это правда, я должна найти способ вытащить его оттуда.
Сердце Алисы разрывалось от горя и боли, когда она собирала Дебору. Но она должна была это сделать. Как только няня унесла дочку и Алиса, выглянув из окна, увидела, что они сели в такси, она испытала невероятное облегчение. С ними все будет в порядке. Они почти наверняка будут в безопасности.
Она быстро ходила по комнатам, бросая вещи в чемодан, постоянно прислушиваясь к звукам тяжелых машин СС на улице. Лео Драйер придет за ней? Он придет сегодня? Не думай об этом. Думай, как уйти из квартиры, не оставив никаких следов, и сосредоточься на том, чтобы раствориться, стать неузнаваемой. Последняя мысль была настолько абсурдной, что Алиса могла громко посмеяться над ней. Лукреция фон Вольф стала неузнаваемой! Знаменитейшая баронесса с целым шлейфом любовников, со всеми ее экстравагантными платьями должна раствориться во мраке! Да, но я пришла из мрака, давайте не забывать об этом. И теперь я смогу вернуться туда.