А затем я бросила взгляд через поля и попыталась проникнуть в папины мысли.
Нет, вряд ли мама знала, что он был здесь. Скорее всего, это был секрет, и он хотел обезопасить нас. Я не сомневалась: папа делал всё для того, чтобы нам ничто не угрожало.
Лестница показалась мне крепкой. Когда я потянула её, она не согнулась. Можно лезть? Мне вспомнились тренажёры в нашей школе. Лестница была примерно того же возраста.
Поставив левую ногу на нижнюю ступеньку, я подтянула остальную часть тела, а потом встала на неё обеими ногами и обхватила руками её верхнюю часть.
Отсюда было видно море.
В гавань входил паром, за которым следовала огромная стая чаек. Вид был потрясающий! Мне был практически виден остров Уайт.
Выше голову. Всегда смотри вверх.
И я посмотрела.
Одна высокая серая мачта.
Одна короткая серая мачта. Поросшая лишайником.
Два сетчатых квадрата на палочках.
Одна большая серая спутниковая антенна, отражающая свет.
Одна большая серая спутниковая антенна, не отражающая свет.
Я посмотрела снова.
Спутниковая антенна, которая отражает свет, какая-то слишком яркая.
До невероятности яркая.
Я не тешила себя особой надеждой, просто решила посмотреть, так, на всякий случай.
Я вскарабкалась до самого верха лестницы. Теперь мои руки были над ней; мне не за что было держаться, кроме антенн. Ухватившись за ту, что повыше, я провела пальцем через середину спутникового блюдца.
Оно всё было в каких-то комочках.
Предельно осторожно, я взялась за один из комочков. Он тотчас оторвался и остался в моей руке. Я с изумлением посмотрела на него. Бриллиант!
Мои девочки
Сорвав со спутниковой тарелки восемь бриллиантов, я сунула их в купальник и начала спускаться по лестнице. Моё сердце как будто сорвалось с цепи. Не знаю, что было тому причиной, высота или бриллианты, но я на пути вниз по крыше несколько раз делала передышку.
Добравшись до люка, я спрыгнула на пол и осмотрелась по сторонам – вдруг найдётся что-нибудь такое, куда можно положить бриллианты. Папин рюкзак. Подойдёт. Я положила бриллианты в маленький кармашек и задумалась.
В принципе, я могла бы взять с собой на крышу рюкзак и несколько плоскогубцев из набора инструментов, чтобы с их помощью собрать остальную часть бриллиантов. Или же броситься вниз и показать мою находку Элли, а также маме и дяде Дереку. Я могла бы одновременно рассказать маме про сладости и подарить ей эти бриллианты.
А остальные пусть подождут.
Папин рюкзак большой, протиснуться с ним в люк было крайне трудно. Придётся карабкаться очень медленно, потому что рюкзак тянул меня назад.
– Элли, я нашла их, они на спутниковой антенне, там их уйма! Я захватила несколько штук с собой!
Ответа не последовало, я повертела головой, но Элли не увидела.
– Элли?
Я медленно продолжила спуск, по одной ступеньке за раз, хотя меня так и подмывало поставить ноги по обе стороны и соскользнуть вниз, как это делают пожарные.
Я была уже почти внизу.
– Элли?
– Скарлет. – Мне на плечо легка чья-то рука.
Я застыла. Это не Элли и не дядя Дерек.
Я обернулась.
Шофёр. Он схватил рюкзак, хотя тот всё ещё был на мне.
– Спасибо, Скарлет, – сказал он. – Ты избавила нас от множества хлопот.
– Где Элли? – спросила я.
– В безопасном месте. С ней ничего не случится, если ты будешь сговорчивой. Сколько ты нашла?
Я пожала плечами.
– Я не знаю, о чём вы.
– Не глупи, девочка. Что у тебя в рюкзаке, а?
Этот мерзавец крепко схватил меня за запястье. Я дернулась, пытаясь высвободиться, но он был гораздо сильнее.
Позади возникла большая чёрная машина. За рулём сидела мэр, но у неё никак не получалось проехать – мешала колючая проволока.
– Где Элли? – крикнула я, отстраняясь.
Увы, без толку. Мои ноги как будто сделались ватными.
– Поторопись, идиот… Давай сюда девчонку! – крикнула из машины мэр.
Она распахнула заднюю дверь, и я увидела внутри Элли, связанную свитерами.
– Помогите! – завопила я, вцепившись в рюкзак. Я отлично знала, что мой голос потонет в криках чаек. Но всё равно попробовала ещё раз. – ПОМОГИТЕ!
– Помогиииите! – пронзительно крикнула Элли. – Папаааапа!!!
– Заткнись! – рявкнул шофёр, пытаясь пропихнуть меня сквозь щель в колючей проволоке.