- Благодарю на добром слове, Путята Милославович. - Пророкотал в ответ Корочун, спрыгивая с саней и кланяясь хозяину дома. Волчицы тут же бросились к нему поскуливая и пригибаяся на передних лапах. Корочуну было весело. Все таращили на него свои глаза, словно он сам Белобог, сошедший из Прави.
Они расступались, пропуская в дом гостя незванного и шепча за его спиной, будто бы он и так не знал их мыслей и помыслов. Завистью от них за версту несло, не только от мужчин, но и от женщин. Лишь Путята тревожился за принятую из милости девочку, ставшую ему не роднее своих дочерей. Корочун оцели это. А вот жена его, прогнившая душою женщина, злобу затаила на Нежанау и не желал Корочун спускать этого но не время.
Неждана сбежавшая на шум из своей горницы так и застыла на месте, глядя во все глаза на того, о ком все ее мысли были. Сердечко ее трепетное забилось еще быстрее, того и гляди выскочит из груди, да улетит прочь. Взгляды их пересеклись, и Неждана, почувствовав, как залели ее щеки опустла взгляд, теребя косу свою. Никогда бы не подумала она, что сам Корочун снизойдет до нее. А поди ж ты - невеста его. И так сладко стало от этих мыслей, что голов закружилась! И воздух наполнился нежностью и ласкою, словно сама Лада сопереживала этому мгновению.
- Здравствуй, душа моя. - Приветствовал Корочун Неждану, осторожно касаясь рук ее обледенелых от волнения и растрепавших косу. Его синие глаза смотрели ласково, согревая своим теплом.
- Здравствуй, - отозвалась Неждана, улыбаясь ему нежно и не отрывая своего взгляда от него. Она так ждала новой встречи и вот - она наступила. Не приснилось ей, не привиделась та ночь и теплый поцелуй, от которого становилось жарко и боязно одновременно.
Горислав одним из последних вбежал в дом и застыл, как вкопаный. Этот пришлый, держал за руку его Неждану. Взгляды их говорили больше, чем тысяча слов. И такая злость охватила Горислава на самого себя, на Еремея, что подарил ему надежду, ч о есть еще шанс завоевать Неждану. На этого Северьяна, что взялся из ни откуда. Кто он таков? Кто его отец? Где его дом?
Путята же видя, что Горислав едва сдерживает себя, велел гостям рассаживаться трапезничать, чернавки и левки сенные уже давно явства все расставили.
- Северьян, как почетный гость, садись справа от меня. - Усадил его Путята за стол его рядом с собою, по другую сторону от Либуши, как супруги своей, он усадил Неждану. Следом сидел Неяр, а рядом с Нежданой Веселина.
По обычаю, потчевали дорогих гостей самыми лучшими яствами и крепкой медовухой. Горислав же, хвативший лишка медовухи и любопытствуя расспрашивал Северьяна о его семье.
- Ну и кто же ты таков, Северьян? - Кривя губы и хмуря лоб спросил Корочуна он.
- А это ты у батюшки своего спросить можешь, - Весело отвечал ему Корочун. - Радомир Весславович знается с отцом моим, по делам своим торговым и не только. Да княжий кровник Весслав Святославович, к отцу моему за советом ходит, как дело ратных дел коснется.
Нахмурился Горислав, замолчал, получалось, что из вышних, этот Северьян, из приближенных к княжьему трону. А ведь отец ни словом не обмолвился о нем.
Корочун же говорил об отце своем, Чернобоге или как в народе его звали Змие*, к которому едва ли не кажый день возносились молитвы, перед ратным боем, чтобы помог он душе пройти по мирам, да осесть в Нави. И кровник княжий возносил ему молитвы, и отец Горислава почитал его отца.
Либуша сидела молча рядом с мужем, слушала, да глаз от чарки не полнимала. Мысли ее дурные, колесом в голове крутились, завидный же жених достался этому выкормышу, да и Горислав с Нежданы глаз своих хмельных не сводит. Как бы отвадить этого Северьяна от Нежданки-то? Либуша перебирала в голове варианты, иногда бросая взволнованные взгляды на Велеславу, сидевшую с поникшей головой. Полюбился ей Горислав, да вот норов у него дурной оказался. Посерела за эти дни ее чадушко дорогое, подурнела. Где ж ей, такой, жениха завоевывать?
Нужно избавиться от девчоки! Твердо решила Либуша. Сегодня же на капище пойдет и Корочу в невесты отдаст, пускай забирает!
Она тихонько выскользнула из застолья и зайдя в горницу взяла заранее заготовленую корзинку. Спустилась по черной лестнице, стараясь ни кому не попадаться на глаза и поспешила на капище, обходя дальней дорогою, чтобы ни кто из села ее не увидел. Обряд для отдачи девушки в невесты был не сложным и Либуша надеялась, что Корочун услышит ее и без волхва.
Капище встретило ее зимней тишиной. Даже птицы и те не пели лишь промозглый ветер завывал среди деревьев, заставляя их стонать и поскрипывать. Священное место Либуше казалось каким-то злым и тревожным сегодня и Либуше бы насторожиться, но злоба и зависть ослепили ее. Она разложила перед идолом травяные пучки из полыни, зверобоя и крапива. Зажгла с каменной чаше крительную смесь. Приготовила куколку и достала свечи, по три в одной связке, и таких связок было три. Либуша взяла в руки полынь, чтобы жизнь Нежданы у корочуна медом не казалась, в правую руку, а свечу - в левую читая наговор: -