Избавившись от ожиданий, которые омрачили первую половину ужина, я наконец расслабилась. Разговор протекал легко, и к тому времени, когда принесли десерт, я почти могла игнорировать темно-синий взгляд, прожигающий дыру в моем боку.
Эйден извинился и пошел в туалет, пока я доедала тирамису. Не прошло и тридцати секунд, как он ушел, как знакомый чистый, древесный запах наполнил мои чувства.
Я снова напряглась, мои глаза встретились с Домиником, когда он занял освободившееся место другого мужчины. Эйден естественным образом заполнил его, но Доминик превзошел. Широкие плечи, холодные глаза, точечная челюсть. Каждый дюйм его тела излучал высокомерие и напористость.
— Это место занято.
— Это был твой новый арендодатель? — Доминик проигнорировал мое резкое замечание.
— Как… неважно. — Конечно, он знал, что Эйден был моим домовладельцем. Вероятно, он знал номер социального страхования, домашний адрес этого человека, а также предпочитаемые продукты для завтрака. Доминик тщательно изучал людей в своей жизни, какими бы второстепенными они ни были. — Есть ли он или нет, это не твое дело. Мы больше не женаты. Я могу пойти на свидание с кем захочу.
— Так вот что это такое? — В его глазах промелькнула едва заметная вспышка. — Свидание?
— Да.
Платоническое, но ему не обязательно было это знать. Я вздернула подбородок, призывая его оттолкнуть меня.
— Он не в твоем вкусе.
— Я присматриваю к новым. Старый мне не очень подошел.
Он пытался это скрыть, но я не упустивл ни трещины в его холодном выражении лица, ни струйки боли, просачивающейся сквозь него.
Не жалей его. Он это заслужил.
Я схватила пальцами край стула так сильно, что стало больно.
— Ты можешь ходить на свидания сколько угодно, amor, — мягко сказал Доминик. — Но никто не будет любить тебя так, как я. Você e eu. Não tem comparação (прим. Есть только ты и я. Никаких сравнений).
Слова пронзили меня, теплые и болезненные, наполненные ностальгией по прошлым дням.
Моя улыбка скрыла болезненный гул за грудной клеткой.
— По-моему, это звучит неплохо.
— Есть проблема? — Эйден вернулся, выражение его лица стало явно менее дружелюбным, когда он увидел Доминика на своем месте.
— Проблем нет, — я не сводила глаз с бывшего мужа. — Он как раз собирался уходить. Не так ли, Доминик?
Изгибу его рта не хватало юмора. Он встал, его тело развернулось со смертельной грацией, что привлекло несколько восхищенных взглядов, как мужчин, так и женщин.
— Наслаждайтесь остатком ужина, — проходя мимо, он постучал по месту рядом с моим бокалом. — Ему следовало заказать каберне.
От этого интимного шепота у меня по спине пробежала дрожь. Я затаила дыхание, пока Доминик не вернулся на свое место напротив Себастьяна, который, казалось, не был обеспокоен тем, что его партнер по ужину бросил его посреди трапезы.
— Ты в порядке? — Эйден коснулся моего плеча.
— Да, — я заставила себя еще раз улыбнуться. — Я закончила, так что давай уйдем отсюда. — Как и ожидалось, он попытался заплатить за ужин, но я предусмотрительно заплатила заранее. Мне действительно нужно было поблагодарить его за помощь с подрядчиками, и после стольких лет финансовой зависимости от Доминика я почувствовала, что могу платить сама.
Мы с Эйденом разошлись дружелюбно, немного неловко, и мне удалось держать себя в руках всю дорогу до квартиры Слоан. Я нашла новое жилье рядом с ней, но срок аренды начнется только в январе, поэтому я осталась с ней на праздники.
И только после того, как такси высадило меня перед ее домом, я поникла. Я прислонилась к стене и втянула в легкие холодный воздух, пытаясь очистить свои чувства от всего, что связано с Домиником. Звук его голоса, запах его одеколона, мягкое прикосновение его костюма к моей коже.
Я пыталась забыть его, но это было трудно, когда все напоминало мне о нем. Этот город стал памятником нашим отношениям — нашему первому бегству, нашему дому, нашей кончине.
Tu e eu. Não tem comparação. (прим. Только ты и я. Никаких сравнений)
Уличные фонари заливали тротуар теплым светом. Мимо спешили люди, одетые для вечеринки или жаждущие переночевать дома. Через дорогу к новому бразильскому стейк-хаусу тянулась очередь. Это заставило меня вспомнить о моем брате, который был занят жизнью в Сан-Паулу. Я завидовала ему. Он не был женат, не встречался, у него не было разбито сердце. Он был свободен и наслаждался жизнью так, как заслуживал. Если только…
Я выпрямилась, мою кожу покалывало от внезапного прилива вдохновения.
Если все в городе напоминает мне о Доминике, возможно, пришло время выбраться из города.