— Ларри с письмом прислал. Рекомендовал продегустировать, когда подходящий случай представится, — с уважением отозвался ректор, глядя на дорогое оформление бутылки.
Выпили. Прочувствовали.
— Ещё по одной?
— Ты знаешь, да. Не готов сказать, что хочу этим продолжить, но вот так, по рюмашке-другой, лучше не придумаешь, — отозвался профессор.
— Сегодня у меня ещё двое были на подхвате, но ты замечательно всё разыграл, так что я им дал знак, чтобы не высовывались. Кстати, на следующей неделе я тебя на десять золотых оштрафую.
— За что?
— Да хотя бы за опоздание. Когда у тебя лекции первыми парами идут?
— Во вторник и четверг.
— Вот. Опоздай во вторник на пять минут и я тебе за это штраф выпишу. Пусть все видят и знают, что я злопамятен, а ты у меня в недругах.
— Не вопрос, но помни, ты мне обещал, что купишь рукопись Штрайнбергера.
— Уже оплатили. Так что на днях получишь. А с чего тебя так вдруг на неё пробило? Этот изгой не числится среди тех классиков, учениям которых ты всегда доверял.
— Пару заклинаний встретил, к сожалению, без полных схем. Но два источника, никак не связанные между собой, утверждают, что они работают.
— И только ради этого ты заставил Академию выкупить эти рукописи за двести золотых? — удивлённо глянул Мютендор на своего давнего приятеля, которого вся Академия считала главой оппозиции, настроенной против ректора.
— Если он там применил пару рун из старого наследства, и они работают так, как это описывается, то поверь, такое может изрядно пошатнуть теоретические устои магии.
— Старое наследство? Давай, ты мне этого не говорил, а я не слышал. Знаешь, я уже не в том возрасте, чтобы встречать утро в застенках Инквизиции, — помотал головой лэр Мютендор.
— Тогда, давай за Марлин. Помнишь, как ты у меня её хотел отбить? — легко сменил тему лэр Гюнсли.
— Так и отбил же, — поднял свою рюмку Мютендор.
— Ага, аж на третьем курсе, — не остался в долгу седой профессор, забавно шевеля губами, чтобы ощутить послевкусие густого бальзама, — А напиток и вправду хорош.
Глава 9
Глава 9
Пока шла обычная суета, связанная с восстановлением мирной жизни, мне удалось напрячь магов Земли на небольшой гражданский подвиг — они расчистили и выровняли мне два плоскогорья, что возвышались метрах в пятидесяти над уровнем моря, но были защищены от морских ветров окружавшими их скалами.
Унылая каменистая земля. На неё один только я смотрел с улыбкой, а все остальные, кто приехал вместе со мной посмотреть, что получилось, взирали с недоумением.
Но вскоре, иногда раз, иногда два раза в неделю в южный и северный порт начали прибывать кургузые торговые корабли, доставшиеся в качестве трофеев, и с них выгружали… землю и торф! Покатили по специально проложенным дорогам тележки, влекомые трудолюбивыми осликами, зашевелились пленные, которым было поручено разносить и разравнивать привезённую землю. Дело это не быстрое, но до весны, если ничего не помешает, то у меня будет около ста гектаров плоскогорья, подготовленного под посевы и овощеводство.
Вроде бы мелочь, но тут, как сказать. Тот же картофель здесь научились вполне прилично выращивать. До ста центнеров с гектара порой выходит. И пусть эта пища для островитянок не совсем привычна, так я и не собираюсь все земли под картофель пускать.
Придётся к высокоурожайной культуре майри постепенно приучать, и я знаю, как.
А пока строительство и ещё раз строительство. Строим много. Казармы для пленных. Два здания для полотняных мануфактур. Каменные укрепления. Дороги. Два новых причала, которые позволят принимать суда с очень значительной осадкой даже во время отливов.
Амарские пленные, пусть и не вдруг, но поняли, что никто не собирается их морить голодом или заставлять выживать в нечеловеческих условиях. Всё в их руках. Им дали материалы и инструменты, выделили место под строительство жилья — так что, вперёд. Что для себя построите, там и будете жить. За работы вне лагеря полагается дополнительное питание, в виде полноценного обеда из трёх блюд. Ну, а желающие совершить побег уже болтаются на специально построенных виселицах, наглядно показывая, что шутить с побегушниками никто не собирается. Кстати, очень доходчивая агитация. Всего-то шестеро повешенных, а побеги прекратились. Так и то, вздёрнули этих республиканцев за дело. Они успели убить четырёх майри, когда пытались угнать рыболовецкий баркас.
— К нам студенты прибыли, и отгадай, кто с ними из преподавателей? — встретил меня Федр, любезно подсвечивая Светлячком наш путь по форту, так как уже начинало темнеть.