— Но он же ютон! — возмутился Альдред.
— Он граф Империи, — заявила Марика. — Так же как и ты. Кем ты останешься в истории: убийцей или благодетелем? Милосердным и великодушным правителем или нечестивцем, пославшим на смерть тысячи невинных?
— Чтоб тебя, Марика! — воскликнул Альдред, хотя в его голосе сквозило облегчение. — Какая ты разумная. Иногда мне кажется, что было бы лучше, если бы Марбургом правила ты.
Альдред глубоко вздохнул и вложил меч в ножны. Снял шлем и встретился с Марием взглядом. Хотя его безрассудная ярость утихла, враждебное отношение к ютону осталось. Даже убедительными словами сестры привычную ненависть так просто не потушить.
Он протянул Марию руку со словами:
— Добро пожаловать в Марбург, граф Марий. Перед лицом общего противника мы все один народ. Твой враг — это мой враг.
Марика заметила, что Марий изрядно удивлен. Он с трудом скрывал свою радость.
— Спасибо тебе, брат мой, — сказал он. — Все-таки начало положено.
— Ларед проследит за тем, чтобы твоих людей приютили и накормили.
— Благодарю тебя от себя лично и от всего моего народа.
Альдред натянуто кивнул и пошел прочь. Отряд Вороновых шлемов двинулся следом за ним. С Марием остались Ларед и Марика.
Ютон одарил свою спасительницу благодарной улыбкой.
— Ты необыкновенная женщина, принцесса Марика, — сказал он.
— Причем во всех отношениях, — улыбнулась она в ответ.
Зигмар сидел у костра, смотрел в огонь и чувствовал, что устал как никогда. Его стреноженный скакун пасся вместе с другими лошадьми. Три сотни унберогенских мечников расположились вокруг костров, держа оружие под рукой. Они отворачивались от огня и усталыми глазами высматривали врагов в темноте, хотя надеялись их не увидеть. Ночь не несла с собой передышки, ибо мертвяки не знали усталости, шли и шли вперед с нечеловеческой энергией и не нуждались ни во сне, ни в пище, ни в отдыхе.
У костра вместе с Зигмаром сидел граф Кругар и время от времени отпивал из потрепанной фляги. Вождь талеутенов всегда был могучим мужчиной, широкоплечим, с квадратной челюстью, но последние недели доконали даже его. Левая рука у него висела на перевязи, грудь была забинтована там, куда, пробив серебряную кольчугу, угодило ржавое копье. Поперек бедер у графа лежал Утенсъярл в обшарпанных ножнах, но сам клинок был по-прежнему смертоносным.
После сражения при Остенгарде объединенные силы талеутенов, черузенов и унберогенов разбили еще пять полчищ врага, но война казалась нескончаемой. Каждое сражение уносило жизни воинов, и сколько бы мертвяков они не уничтожили, всегда находились новые трупы, которые принимались охотиться на живых.
Лагерь они разбили в естественном котловане у подножия Стенающих холмов на территории черузенов, но на отдых вместе с унберогенами расположились только две сотни всадников из отряда Красных косарей графа Кругара. Алойзис повел своих воинов на север, к старой лесной дороге, где холмы в восточных предгорьях Срединных гор извергали тысячи воинов-скелетов. Они уже уничтожили десятки деревень вместе со всеми жителями, которые после смерти оживали для службы в армии Нагаша.
— Ты уверен, что не хочешь вместе со мной поехать в Таалхим? — спросил Кругар.
— Не могу, — отвечал Зигмар. — Но я благодарен тебе за приглашение.
— Мой город ближе, чем Рейкдорф, — продолжал уговаривать его талеутен. — Так будет безопаснее.
— Если бы ситуация изменилась с точностью до наоборот, скажи, ты на моем месте взамен отчизны выбрал бы местечко поспокойнее? — спросил Зигмар.
— Нет, — признался Кругар, — но я ведь не император.
— Тем более мне надо скорее возвращаться в Рейкдорф.
— Что ж, я честно пытался спасти твою жизнь, — сказал Кругар и передал Зигмару флягу.
— Тебе это зачтется, уж будь уверен. — Зигмар сделал глоток и не удивился, хлебнув крепкой зерновой водки.
— Ох, борода Ульрика, — крякнул Зигмар, вытирая рот рукой. — Удивительно, как талеутены способны сидеть верхом после того, как выпьют это.
— Когда слегка расслаблен, в седле сидится легче, — улыбнулся Кругар, забирая флягу. — По-твоему, почему наши всадники изобрели стремена?
Они погрузились в задумчивое молчание, и ни один из них не желал прерывать этот мирный миг среди столь темной поры. Граф Кругар собирался ехать в Таалхим и собирать народ на защиту талеутенов. Стратегия армии мертвецов стала ясна: они окружали изолированные небольшие поселения и истребляли живых. Деревни по одной не могли противостоять мертвякам, но если население Империи соберется вместе большими отрядами, то, может, и выстоит пред страшной угрозой.