— Что-нибудь слышно от наших? — спросил Кругар.
Зигмар покачал головой:
— Нет, друг мой. Предполагаю, южные короли тоже подверглись нападению. Марка уже нет, следующими с Нагашем столкнутся Генрот и Сигурд.
— Если он еще на них не обрушился, — заметил Кругар. — А что на Западе? Марий и Альдред?
— Не знаю. С Севера тоже пока нет вестей. Мертвяки отрезают нас друг от друга и лишают основной нашей силы.
— В чем же она заключается?
— В нашем единстве, — отвечал Зигмар. — Мы черпаем силу в сознании того, что мы один народ и можем положиться на братьев, которые чтут клятвы меча. Наташ это знает; поэтому вынуждает нас биться разобщенными, как тогда, когда не было Империи. Он втягивает нас в войну повсеместно и пытается уничтожить одного за другим, пока мы не успели объединиться.
— Тогда тебе определенно нужно скакать в Рейкдорф, — заключил Кругар, опустил флягу и достал из ножен Утенсъярл. В свете пламени клинок сиял, подобно золоту. — Клянусь моим мечом, что буду сражаться и умру за Империю, можешь на меня положиться.
— Вот еще одна причина, по которой мне нужно домой: я не желаю напрасных смертей. Я император, но не знаю, что происходит в моих землях. Если Нагаш вполовину настолько хитер, как утверждают древние легенды, он не станет атаковать только на одном фронте, а начнет наседать отовсюду. Мы тут потрудились на славу, но теперь мне действительно пора.
— Тебе предстоит опасное путешествие, — заметил Кругар. — Возьми с собой сотню Красных косарей.
— Благодарю тебя, друг мой, но в этом нет необходимости, — поблагодарил Зигмар.
— Ерунда. Мои воины знают здешние земли даже лучше черузенов, ведь они не раз совершали сюда набеги.
— Кажется, я тебя тогда порицал за разбой, помнишь?
— Ах да, я забыл. Что было, то было. Слушай, я не просто предлагаю тебе, а говорю, что они поедут с тобой, и все.
— Отлично, — уступил Зигмар, понимая, что спорить бесполезно. — Я с радостью воспользуюсь их клинками.
— Вот это правильно, — улыбнулся Кругар, снова прикладываясь к фляге. — Наверное, пройдет некоторое время перед тем, как мы свидимся снова.
— Это уж точно, — кивнул Зигмар.
— Тогда давай выпьем с тобой, как водится между друзьями, собравшимися у костра. Давай вспомним счастливые времена, когда солнце было золотым, женщины — девами, а зрелость — уделом других.
— За это я выпью. — И Зигмар еще раз отхлебнул из фляги.
Когда Вольфгарт вступил со своим отрядом из двухсот отборных воинов на Суденрейкский мост, врата, ведущие в Рейкдорф, распахнулись. Он глянул на панели, украшавшие парапеты моста с внутренней стороны, где резец мастера увековечил в дереве подвиги великих унберогенских героев. Холтвин совсем недавно завершил работу над последними творениями, изображавшими героическую оборону ведущего к Мидденхейму виадука и разгром армии норсов у подножия горы Фаушлаг. Хорошо, что никому не пришло в голову увековечить сражения в туннелях горы, ибо Вольфгарт старался не вспоминать о том кромешном кошмаре.
Высокие стены родного города неизменно воодушевляли его. Символом надежды среди долгой ночи развевались на башнях и высоких домах сине-красные флаги. Глядя на Рейкдорф, было невозможно предположить, что тьма сумеет когда-нибудь победить и властвовать над миром.
Увидев Рейкдорф, Вольфгарт очень обрадовался, но потом вспомнил, что тут его никто не ждет, и погрустнел. Без Медбы и Ульрики дом лишился жизни и стал лишь пустой оболочкой из камня и дерева. Он очень скучал по семье и прятался от одиночества в военных походах. Мертвецы вставали повсеместно, так что на недостаток сражений жаловаться не приходилось.
В последний раз они бились на границе Скаагских холмов, где мертвяки напирали, стремясь пробраться к северу от реки Боген. Живущие там рудокопы забили тревогу, ибо из курганов стали вставать покойники, поэтому Вольфгарту пришлось ехать туда во главе отряда воинов.
Мертвяков они уничтожили, только с каждой новой вылазкой создавалось впечатление, что враги подбираются к Рейкдорфу все ближе и ближе. Может, настанет тот час, когда они начнут взбираться на стены города Зигмара? Император сражался на Севере, и хотя Альвгейр отлично справлялся с защитой земель племени, Зигмара все равно очень не хватало.
Особенно Вольфгарту, ведь он уехал из Трех Холмов для того, чтобы сражаться бок о бок с другом.
Отряд воинов въехал в ворота. Копыта лошадей зацокали по ведущим к площади Клятвенного Камня улицам. Вольфгарт не переставал удивляться тому, как за последние годы вырос город. Ведь он помнил Рейкдорф небольшим поселком с одно- и двухэтажными деревянными домами, хижинами-мазанками и обращенными к реке лачугами с односкатными крышами.