Мария окружили несколько его бойцов, и он им признательно кивнул. Словами в подобных случаях он предпочитал не сорить, ибо воины выполняли свой долг, а если кому-то за это требуется благодарность или поощрение, то стоит ли вообще иметь такого воина?
Послышался вопль ужаса, и Марий увидел огромного дракона, который на широко раскинутых гнилых крыльях парил над башнями-близнецами, возвышавшимися по обе стороны от ворот. В него стреляли из луков, но только Марикины стрелы с белым оперением причиняли ему вред. Две боевые машины выпустили по жуткой громадине залпы чугунных снарядов, только все они отскочили от омертвевшей шкуры монстра.
Барбакан накрыло волной ядовитых миазмов, вырывавшихся из пасти дракона. Воины зашатались, на них напало удушье и рвота — тлетворное дыхание монстра делало свое дело. Ведущая в нижний город дорога начиналась от ворот, и со своего наблюдательного пункта за стенами Марий видел, как ворота ветшали на глазах, древесина гнила и ломалась. Сгрудившиеся по другую их сторону мертвяки поднажали посильнее, и разложившиеся за считанные секунды деревянные части ворот разлетелись во все стороны.
В образовавшуюся брешь хлынул поток стенающих мертвяков. Когда Марий увидел это, то понял, что неправильно думать, будто они сражаются без всякой стратегии и военных хитростей. На стены лезли отбросы армии мертвых: неуклюжие трупы, единственным желанием коих было пожирать плоть живых. Новые же атакующие были настоящими бойцами и их чистая ненависть подчинила себе даже смерть.
Доспехи их были древними и ржавыми. Ворвавшись в крепость, они принялись размахивать алебардами и громадными топорами, стремясь поскорее расправиться с защитниками города. Марий оглянулся в поисках Вороновых шлемов, но Ларед уже повел их закрыть пробоину дальше на западной стене.
— Чтоб тебя, Альдред, ведь ты сам отдаешь мне свой город! — процедил сквозь зубы Марий, вытаскивая меч из земли.
Он повел своих бойцов навстречу мертвым ратникам, валом валившим в ворота. В них ливнем полетели стрелы, и с дюжину мертвяков свалились наземь, но тут же вновь встали на ноги, словно торчащие из тел двухфутовые стрелы им были нипочем.
Ютоны оказались отрезаны головным отрядом мертвецов от западной части крепостных валов. Воины со стен заметили грозящую им опасность, и капитаны отправили к ним на выручку солдат, чтобы остановить напиравшего врага. Марий увернулся от тяжеленного топора и сам ударил мечом в зазор между доспехами мертвого воина. Меч прошел сквозь тело противника безо всякого сопротивления, наделенный волшебной силой клинок сиял так, будто его только что разогрели в кузнице. Мертвый воин забился в конвульсиях, разрушались чары, что поддерживали его. Марий отшатнулся и вздрогнул, ибо старую рану в боку внезапно пронзила острая боль.
Граф со свойственным ему изяществом и стремительностью ринулся на мертвецов и рубил головы с легкостью, которая в равной мере проистекала от его воинского искусства и чудного клинка. Воины под предводительством своего графа бились клином, теснили мертвяков и останавливали их стремительное продвижение через ворота.
Сильный удар алебарды пришелся ему в живот, хорошо еще, что древнее оружие мертвяка затупилось, и Марий лишь на миг задохнулся. Он согнулся, но успел садануть мечом нападавшего в пах, не дожидаясь, когда тот снова взмахнет алебардой. Побежденный мертвец с лязгом доспехов грохнулся наземь, а Марий вскочил на ноги. У него возникло ощущение, будто схватка со смертью вливает в него новые силы.
— Тебе меня не убить! — крикнул он, снова стремглав набрасываясь на врага.
Страх исчез, Марий вообще забыл о существовании такого чувства. Он слышал, как за стенами громко хлопает крыльями дракон, но и его не боялся. Ему даже пришла в голову шальная мысль сразиться с чудовищем один на один, как делали герои древних легенд, которые постоянно бились с подобными монстрами. Но все же победу одержал здравый смысл, стоило Марию только увидеть Альдреда и отряд Вороновых шлемов, которые сражались с мертвяками, старавшимися забраться на западные стены.
Эндалы справлялись хуже ютонов. Черные клинки мертвяков безостановочно крушили воинов Альдреда.
— Десять со мной! Остальные — держать ворота! — крикнул Марий.
Даже не взглянув на то, как исполняется его приказ, Марий бросился на помощь эндалам. Над крепостными валами летели звуки волынки, и Марий поражался подобной глупости. Разве, будучи в здравом уме, можно играть во время боя? Полыхнул светом его славный меч и вонзился в поясницу мертвяка, практически разрезав его надвое. Ютоны громили врага мечами и булавами и пробивались к эндалам.