Марий блокировал сокрушительный удар по голове и рубанул по ногам другого мертвяка, обернулся отразить выпад и уничтожил еще двух мертвяков. Может, они были лучшими воинами вражеской армии, но Марий — граф Империи, его меч ненавидел прихвостней тьмы, он жаждал им отомстить, и энергия славного оружия эликсиром вливалась в его жилы, силой растекаясь по телу. Хотя Марий был великолепным мастером клинка, но даже сам не подозревал, что настолько.
Еще один клинок силы сиял совсем рядом в руках у Альдреда, который сражался с гигантским чудовищем — целой горой костей и железа. Словно громадная статуя из базальта, железа и тухлого мяса, монстр размахивал тяжелым топором, сделанным из зубастой челюсти какого-то невообразимо огромного существа.
Альдред бросился с мечом на это чудовище, которое в свою очередь обрушило на него свой страшный топор. Эндальский граф отпрыгнул назад, предоставив Марию шанс атаковать монстра и нанести удар в спину, и клинок сердито вспыхнул, наткнувшись на силу, враждебную вплетенному в металл волшебству.
Когда его клинок ужалил врага, Марий вздрогнул. Он почувствовал, как перед лицом этого монстра испаряются внезапно охватившая его эйфория и дерзкая смелость. Чудище повернулось к нему. В жутком бычьем черепе скалились клыки целой дюжины разных смертельно опасных тварей. Монстр с рыком бросился на него, страшные зубы зацепили звенья кольчуги, и Марий потерял равновесие. Вот взлетел ввысь костяной топор, но на пути смертоносного оружия возник сияющий голубым клинок Альдреда, который остановил его резкое движение вниз и направил в землю.
Пока чудовище пыталось освободить увязший в земле топор, эндальские и ютонские воины окружили его и стали терзать копьями и алебардами. Марий вскочил и, уклонившись от резкого удара топора, направил собственный меч в брюхо врага. Альдред атаковал монстра с другой стороны и всадил Ульфшард ему в бок.
Даже столь могучему существу было не под силу тягаться с таким количеством клинков, и под градом неослабевающих атак кадавр начал разваливаться на части. Мечи Альдреда и Мария крушили тело врага. От него отлетали осколки костей и доспехов. Сражаясь бок о бок, графы Империи рубили гиганта на куски.
Хотя Марий первым заметил удобный миг провести смертельный удар, но нанес его Альдред. Даже в пылу отчаянной борьбы ютон не забыл, что должно оставить славу тому, кто правил в этом городе. Когда чудище грудой костей и ржавого железа повалилось навзничь, Марий услышал неожиданный шум — защитникам наконец-то удалось вновь забаррикадировать разбитые ворота. Чтобы перекрыть вход, по склону скатили повозки, обломки и камни. Завал в бреши выглядел весьма безобразно и вряд ли выдержал бы следующую атаку, но пока что сойдет.
Марий повертел головой, расслабляя мышцы, а потом подошел к Альдреду.
— Вот так схватка, — лаконично произнес он. — Проклятая тварь чуть меня не порешила.
Альдред кивнул — отвечать у него сил не осталось, и Марий взмахнул мечом, отсалютовал эндальскому графу и учтиво ему поклонился. Послышались тревожные возгласы, и не успел Марий определить причину переполоха, как полетел на землю. На него со всей силы обрушился кто-то в тяжелых доспехах.
Марий попытался откатиться прочь, но получил такой удар в голову, что у него искры посыпались из глаз. Тревожные возгласы сменились гневными, но Марий был настолько ошеломлен, что даже не понимал, что происходит. Потом его потащили куда-то, и он изо всех сил пытался нащупать почву под ногами. Он слышал, как ютоны и эндалы кричат друг на друга, но слов понять не мог.
Наконец его зрение прояснилось, и он увидел, как его тащит один из Вороновых шлемов, кажется, командир отряда, хотя имя этого воина он припомнить не мог. Марий перевернулся и выхватил меч. Воин отпрыгнул, Марий вскочил на ноги, и тут к ним подоспел Альдред, который закричал:
— Ларед, что такое ты делаешь, скажи, во имя Мананна?
— Я спасаю тебя от этого вероломного ублюдка! — вскричал Воронов шлем.
— Ты что, с ума сошел?! — спросил Марий. — Я бился вместе с твоим драгоценным графом, ты, дубина стоеросовая! Да, я выпорю тебя за это — получишь сто ударов плетью от самого сильного моего воина!
— Довольно! Вы, оба! — вскричал Альдред. — Вложите мечи в ножны, и никаких порок! Ларед, я же сказал: убери меч.