Темнота застилает мне зрение, и я переношусь в прошлое. Две крепкие руки удерживают меня, знакомый голос говорит, что все в порядке, а рука скользит у меня между ног. Нет, нет, не сейчас. Я не могу позволить прошлому затянуть меня на дно. Я должна бороться.
Я откидываюсь на матрас, но мужская хватка только крепче. Нет, только не снова.
— Не сопротивляйся мне, Роуз, от этого тебе будет только хуже. — Жуткий роботизированный голос, похожий на тот, которым пользуются все серийные убийцы в фильмах, шепчет мне на ухо.
Мои легкие горят, когда я пытаюсь вдохнуть сквозь ослепляющий ужас. Пальцы впиваются в мои бедра и нащупывают штаны для йоги. — Нет! Нет! — Колено нападавшего упирается мне в спину, когда он стаскивает с меня леггинсы. Холодный воздух обдувает мои голые щеки, и тошнота подкатывает к горлу. — Не делай этого! — Я вскрикиваю. Слезы обжигают мои глаза, но я отказываюсь позволить им пролиться, не так, как с ним. Мне тогда было всего шестнадцать, я была наивной и невинной.
Рука в перчатке обхватывает мою задницу.
Все мое тело напрягается.
— Не притворяйся, что тебе это не нравится, Роуз. Я знаю, какие развратные фантазии наполняют этот грязный ум.
О Боже, этот голос робота. Дрожь пробегает у меня по спине.
Скрип молнии накрывает меня очередной волной паники. Мужчина обхватывает руками мои бедра и дергает меня к краю матраса. Он засовывает себя мне между ног, и ощущение его вялого члена напротив моей задницы заставляет мой желудок взбунтоваться.
— Нет, пожалуйста, нет, — кричу я. Мои пальцы впиваются в простыни, отчаянно пытаясь вырваться.
— Я собираюсь хорошенько оттрахать тебя, маленькая сучка. Как только я закончу с тобой, ты пожалеешь, что никогда…
Вой сирены останавливает его на полуслове.
— Черт возьми, — ворчит он. — Думаю, нам просто придется подождать до следующего раза, моя прекрасная Роуз. — Он вскакивает, и его удаляющиеся шаги эхом отдаются вокруг меня. Я срываю с головы капюшон и успеваю лишь мельком увидеть человека в маске, выбегающего из моей комнаты, прежде чем начинают литься слезы.
ГЛАВА 10
Жестокая ирония
Данте
— Я уже говорил тебе, что не знаю, где Фенг. Цзяньцзюнь — лживый pezzo di merda28. Не может быть, чтобы этот кусок дерьма понятия не имел, где его племянник.
Я сильнее прижимаю дуло своего пистолета к его виску, и засранец в красном вздрагивает. Шестеро ублюдков в красных капюшонах окружают своего лидера. — Тогда отмени награды за голову моего брата и его невесты.
— Я тоже не могу этого сделать.
— Почему, черт возьми, нет? — Я киваю Тони, и он наводит пистолет на дракона рядом с Цзяньцзюнем. — Как насчет того, чтобы я дал тебе немного мотивации?
Тони взводит пистолет.
— Я попрошу Тони потренироваться в стрельбе по мишеням, пока ты не придумаешь, как это остановить.
— Я не выпускал контракт, Данте, — рычит старик. — Ты знаешь, как это работает. Только тот, кто назначил цену, может отказаться от сделки.
— Ты гребаный глава Триады, Цзяньцзюнь. Не пичкай меня этим дерьмом, vecchio29.
— Мои руки связаны. — В уголке его губ появляется усмешка, и мой палец сжимается на спусковом крючке. Еще чуть-чуть надавить.… Я зажмуриваю глаза и представляю, как кровь разбрызгивается по розовой скатерти. Это так приятно. Делая вдох, я заставляю себя все хорошенько обдумать. Это было именно то, о чем предупреждал меня мой брат, когда я слетаю с катушек и на взводе. Я должен был доказать ему, что он неправ, доказать ему, что я справлюсь с этой работой.
— Тогда давай сделаем так, старина, пока Фенг не покажется здесь, я буду убивать по одному из твоих людей каждый час.
— Это кажется немного опрометчивым, — выпаливает он. — Что сказал бы капо? — Его ухмылка становится шире.
— Не впутывай в это моего брата. Теперь я главный, потому что твой засранец племянник нанес удар по Луке и его будущей жене. Ты знаешь, что это неприемлемо. Итак, теперь ты остаешься со мной, и я сделаю все, что сочту нужным, чтобы обеспечить будущее Кингов.