В винный погреб они прокрались, старательно избегая встречи с поварами – те незамедлительно донесут матери. За бочками прятались Лукас и Дирк – незаменимые товарищи по шалостям. По одному они протиснулись между прутьями. Масляный фонарь уже был подготовлен Седриком и бросал трепещущие отсветы на стены каменного коридора. К одному из прутьев была привязана тонкая верёвка. Мать Седрика работала замковой портнихой и, вероятно, не досчитается скоро мотка пряжи.
Идти к логову монстра было боязно только поначалу. То и дело казалось, что из темноты на них кто-то смотрит, мерещились шаги или чьё-то бормотание, но они храбрились, не показывая страха. Потом начались шутки и пугалки, а затем и вовсе стало скучно. Седрик вёл их, придерживаясь за верёвку и рассказывая, как он всё тут облазил, но ничего интересного не нашел – все ходы заканчивались тупиками.
– Тут, наверное, раньше что-то копали. Наверное, золото, – с важным видом предположил Седрик.
– Может, что-то ещё осталось, – мечтательно вздохнул Лукас.
Лион кивнул – он бы тоже не отказался от золотого. Этож сколько разных вкусностей можно будет накупить в базарный день. Он никогда прежде не видел золотых монет и представлялась целая гора разных сладостей, которые он купил бы, будь у него хотя бы одна такая монетка. Будучи простыми замковыми служками, не умеющими даже писать и считать, мальчишки представляли, что монеты прям так и находят в земле, уже готовые. Они шли, вглядываясь в стены и пол – вдруг что-то блеснёт в свете лампы.
– Пришли, – торжественно объявил Седрик, когда в пятне света проявились контуры огромной круглой двери, высеченной в камне.
– Ого! – с придыханием произнёс Дирк. – Ну и дверища…
– А как её открыть, если дырки под ключ нет? – Лукас растерянно смотрел на Седрика.
– Ты чего, там же монстр сидит, – Седрик щёлкнул дурака по лбу. – Сожрёт и не подавится.
– А вдруг она уже… Ну, того… – задумчиво предположил Лион. – Ей же там жрать нечего и некого.
– И что, рискнёшь открыть и проверить? – принялся подначивать его Седрик.
– Ещё чего, – отмахнулся Лион. – Тебе надо – ты и открывай. Мне итак хорошо.
– Так там же дырки под ключ нет, – упрямо повторил Лукас.
– И ручки, – поддержал его Дирк.
– Дурачьё! Это чтобы никто монстра не освободил. Тут даже какую-то книгу оставили.
Седрик указал рукой на небольшой сундучок, скромно стоящий у двери. Они все сразу ломанулись его открывать. Замка к их радости не было, но внутри и вправду была только ветхая книга, пахнущая пылью и немного плесенью. Дирк брезгливо переворачивал страницы, исписанные неровными, будто второпях начертанными словами. Смысл этих записей оставался для них всех загадкой – слуги не владели грамотой.
– Ни одной картинки… – разочарованно пробормотал Лукас.
– Ну и вы и чернь безграмотная, – покачал головой Седрик.
– А ты прям учёный – на костре печёный, – огрызнулся Лионелл. – Ты обещал логово монстра, а это – просто дверь и бесполезная книжка. Может, монстр там помер уже давно от голода, а мне от матери влетит, если с навозом не закончу, так что пошли назад.
– Нудишь, как дряхлый дед, – проворчал Седрик, но пошел в обратном направлении, подсвечивая путь фонарём. Дирк и Лукас не стали возражать и пошли следом – они тоже не впечатлились находке.
Если бы Лионелл знал, что ожидает его завтра, то он бы меньше всего переживал о том, что его будут ругать за неубранный навоз…
***
Бой под стенами города начался с первыми лучами солнца. Лионелл, как и многие другие мальчишки, которым повезло сбежать от матерей, крутился возле окон, стараясь рассмотреть, как сражаются защитники города. Седрик, как главный заводила, забрался аж на замковую стену. Лион раз за разом наблюдал, как друга сгоняют во двор гвардейцы, но тот отличался завидным упрямством, то и дело возвращаясь. Сам Лионелл не рисковал идти на замковую стену – уж больно рука у тамошних мужиков тяжелая. Могут и за ухо оттягать – Седрика как раз спускали вниз, держа за ухо, ещё и под зад пнули для придания верного направления. Леонид не сомневался, надолго эффекта не хватит. Горбатого, как известно, только могила исправит.
Ветер приносил запах жженой смолы и крики людей. Армия сахтов казалась чёрным морем, затопившим поля. По крайней мере именно таких размеров он представлял себе море. Сам Лионелл никогда не видел настоящее море, он узнал о нём, подслушивая разговоры лордов и очень впечатлился. Матушка ругала его за чрезмерное любопытства и пустые мечты. Куда ему – сыну замковой поварихи – мечтать о море. Лионелл кивал, когда мать отчитывала его, делал вид, что раскаялся, но сам тайно мечтал, что станет кем-то большим, чем какой-то лакей. Бывало, он хотел стать рыцарем, в иные дни – путешественником, а порой и вовсе – волшебником. Мечтания помогали сгладить дни унылой работы, когда ему нужно было таскать ящики из погреба или бегать на рынок за картошкой.