Лилит вспомнила, как дразнила человека, и уголки губ непроизвольно приподнялись, чуть обнажив кончики клыков. Леонид не мог знать, что их связывало в той жизни. В этом его воплощении они стали врагами. Подумать только, паладин и высший вампир… Но ей нравилась эта игра Колеса Судьбы. Лилит слишком долго копила в сердце тоску, чтобы упустить такую возможность. Она слишком долго была одинокой и, помня о прошлом отказе, не дала ему выбора.
Звук шагов отвлёк её от размышлений. Кто-то настолько торопился на аудиенцию, что бежал по ступенькам. Лилит отложила в сторону план и писчие принадлежности. Если Изабель, а судя по шагам это была именно она, оставила детей и поднимается в башню, то причина была веская. В своё время молодая ведьма отказалась от должности при дворе, желая посвятить всю себя семье, а тут бежит на встречу с ней.
– Распоряжения, моя королева? – напомнил о себе Нораг.
– Подожди пока, – Лилит неторопливо провела кончиками пальцев по гладкой поверхности стола. Прошлый, подпаленный Леонидом, пришлось выбросить, а новый пока ощущался непривычным. Вроде всё, как она любит – просто, но в тоже время элегантно, никаких завитушек и показной роскоши, а всё равно стол ощущался чужеродным в её кабинете. Лилит молча смирилась и ждала, пока это ощущение пройдёт. Просуществовав так долго, она всё новое сперва воспринимала с неприязнью.
Изабель распахнула дверь, ураганом врываясь в кабинет. Растрёпанная и настолько эмоциональная, что воздух вокруг неё дрожал от колдовской силы.
– Моему мужу оторвали руку! – выпалила ведьма.
Лилит удивленно смотрела в ответ, даже одна бровь непроизвольно чуть приподнялась. Подобного на её памяти не случалось. Всё же Этьен был необычайно силён для вервольфа, уступая, пожалуй, лишь Грегу.
– Это повод для беспокойства?! – Нораг никогда не отличался тактичностью. – Новая отрастёт ведь.
Изабель резко повернула голову, яростно смотря на главу Ночной стражи. Глаза ведьмы вспыхнули колдовским огнём, она что-то шикнула, и Нораг словно подавился воздухом. Горгулий медленно сделал шаг назад, озадаченно смотря на женщину, а затем принялся чесаться. Сперва сдержанно, но градус дискомфорта явно нарастал.
– Не сори чешуёй в моём кабинете, – спокойно проговорила Лилит, указав главе Ночной стражи на дверь.
– Но, – начал было горгулий и тут же осёкся, встретившись с ней взглядом. Нораг поклонился, не переставая при этом почёсываться, и выскользнул за дверь, шумно взлетая.
– Благодарю, – Лилит указала посетительнице на кресло. – Порой Нораг бывает чересчур навязчивым и поразительно недальновидным. Расскажи, что случилось?
– Вернулся Империус, – Изабель нервно теребила рукав. – В послании сказано, что они вынуждены возвращаться, но у Этьена не было руки, и выглядел он плохо.
Новость действительно оказалась неожиданной. Этьен никогда не попадал в неприятности такого масштаба, чтобы лишиться конечности.
– Совсем как папа! – в сердцах добавила ведьма.
Лилит сдержала порыв улыбнуться. Вот уж кто постоянно попадал в переделки, так это Грег. И виной тому был именно гонористый норов старого оборотня, не привыкшего кому либо подчиняться. Впрочем, Женевьева положительно влияла на супруга, и с годами Грег научился ладить с большинством существ в Эрише и за его пределами.
– Леонид с ним?
– Да, с вашим избранником всё в порядке.
– Я отправлюсь навстречу. Ни о чём не волнуйся.
Лилит одним рывком оказалась возле гардероба, распахивая дверцы, доставая охотничий костюм и спешно переоблачаясь. Брюки, сапожки на невысоком каблуке и корсет из мягкой кожи, оставляющий спину открытой, чтобы удобнее было выпустить крылья. Сейчас ей нужна была максимальная подвижность. Раз Этьен принял решение возвращаться, отказавшись от задания, на то должна быть причина. Вервольф силён и прежде не отступал от миссии. Да и Леонид, пусть и необученный, но всё же паладин, его нельзя списывать со счетов. Вдвоём они могли при необходимости дать отпор людям, а значит, проблемы создали не люди. Да и не под силу простому человеку лишить Этьена руки.