Когда все воины собрались вокруг церкви и слегка угомонились, они услышали тихое пение множества голосов, доносившееся изнутри.
Беллик спешился и выстроил своих гномов и солдат Эриадора, велев привести сюда пленных. Лютиен тем временем медленно объехал вокруг церкви, успокаивая своих рвущихся в бой товарищей. Когда он вернулся назад к развилке дороги, король гномов ждал его, и план, придуманный Лютиеном, вовсе не удивил Беллика.
— Пока ты все угадывал правильно, — заметил гном, вовсе не собираясь отвергать предложение юноши.
Лютиен соскочил с Ривердансера, передав поводья ближайшему воину. Он стряхнул с себя пыль и пошел прямо к главному входу церкви, по дороге раздавая приказания.
Без колебаний, без стука Лютиен вошел и увидел сотни глаз, устремленных на него. Они выражали такую смесь чувств, что молодой человек не стал даже пытаться разобраться в них. Он обвел взглядом собравшихся и наконец остановился на Соломоне Кейзе, стоявшем у кафедры в передней части церкви.
— Свершилось, — объявил молодой Бедвир. — Пипери свободен.
Какая-то женщина вырвалась из толпы и бросилась на Лютиена, но несколько рук перехватили ее прежде, чем она успела сделать два шага, и, не обращая внимания на ее дикие вопли, втащили назад, в толпу.
— У многих там, снаружи, остались родные, — ровным голосом объяснил Кейз.
Лютиен оглянулся через плечо, кивнул, и длинная цепочка плененных людей вошла в часовню и тут же разрушилась — люди бросились к своим семьям.
— Возможно, это не все, — объяснил Лютиен. — Мы еще не разобрались со всеми пленными.
— И каким будет наказание для них? — спросил Кейз.
— Никакого наказания, — ответил Лютиен без малейших колебаний. — Они полагали, что защищают свои дома и семьи. — Он сделал паузу, дожидаясь, пока стихнет поднявшийся гул. — Мы не враги вам, — объявил он. — И я уже говорил об этом раньше.
Толпа, как один человек, обернулась и взглянула на Кейза. Священник поспешно закивал головой.
— Пипери свободен, — продолжал Лютиен. — И больше не воюет. Ваши ворота открыты, как южные, так и северные, и вы не станете мешать проходу войск из Эриадора. Кроме того, вы позволите нашим судам спокойно пройти по реке мимо ваших пристаней.
Опять раздался гул, но быстро утих, перекрытый громким голосом Лютиена:
— Мы ничего у вас не просим, — объяснил он. — Если вы что-то подарите нам, то только по собственной воле.
— Воры! — завопил один из мужчин, вскакивая на ноги и проталкиваясь к проходу между скамьями. — Воры и убийцы! — продолжал он, медленно продвигаясь к Лютиену.
Внезапно горожанин резко замолк. В дверях появился Беллик дан Бурсо и встал рядом с Лютиеном.
— Мы не враги вам, — объявил король гномов. Ни пятна крови на его шикарных доспехах, ни пыль, покрывающая пламя огненной бороды, не смогли уменьшить впечатление от его внушительной фигуры. Сердце благородного гнома преисполнилось сочувствия к несчастным горожанам, но взгляд и голос оставались суровыми.
Беллик оглядел церковь, затем посмотрел на Лютиена, тот кивнул, призывая его продолжать.
— Мы не враги вам, если вы сами не превратите нас в своих врагов, — мрачно пообещал Беллик. — Тогда знайте, что в этом случае Пипери будет разрушен и сожжен до основания!
Ни один человек в помещении не усомнился в словах внушительного гнома.
Беллик снял два больших кисета, висевших на его перевязи.
— Ваши деньги на семена, — объяснил он, швыряя их на пол к ногам опровергнутого подстрекателя толпы. — Отобраны у циклопов, бежавших из Пипери. У циклопов короля Гринспэрроу, которые бросили город на произвол судьбы. Вот и решайте, кто ваши враги, а кто союзники.
— Или ничего не решайте, — добавил Лютиен. — И храните нейтралитет. Нам от вас ничего не надо, только больше не поднимайте свои мечи против нас.
Он взглянул на Беллика, а тот — на него.
— Мы перевяжем раненых, — объявил Беллик. — И уберем с поля боя наших мертвых, чтобы они не гнили бок о бок с мертвыми циклопами. А затем мы уйдем. — Друзья повернулись к выходу, но их остановил голос Соломона Кейза.
— Вы можете принести ваших раненых сюда, — предложил священник. — А я прочитаю молитву над вашими мертвыми и приготовлю их к погребению так же, как и погибших жителей Пипери.
Лютиен повернулся к нему, немного удивленный.
— Мой бог и ваш бог, — сказал Кейз, — разве это не одно и то же?
Лютиен кивнул, с трудом улыбнулся и вышел из церкви.
24 ЗА ПРАВОЕ ДЕЛО