— А что насчет грядущей войны? — спросил Крезис. — Эриадорцы скоро выступят и на суше, и на море.
— Ты боишься Эриадора? — усмехнулся Гринспэрроу. — Оборванных фермеров и рыбаков?
— Которые выиграли последнюю войну, — напомнил де Жюльен и тут же пожалел о своих словах, поскольку на ястребином лице Гринспэрроу появилось опасное выражение.
— Только из-за моего отсутствия! — гневно взревел король. Гринспэрроу выпрямился, весь дрожа, костяшки его костлявых ладоней побелели, когда он сжал подлокотники трона.
— Конечно, мой могущественный король, — сказал де Жюльен с униженным поклоном, но было уже поздно. Гринспэрроу выбросил кулак в воздух, затем разжал длинные пальцы. Лучи света, целая радуга оттенков, вылетели из каждого пальца, сливаясь и скручиваясь в один белый луч длиной и шириной с лезвие меча.
Король резко махнул рукой вниз, луч последовал за жестом.
Левая рука де Жюльена упала на пол, отрубленная по плечо.
Посол взвыл от боли и ужаса.
— Мой король! — задохнулся он в крике, зажимая истекающий кровью обрубок.
С рычанием Гринспэрроу провел рукой в воздухе горизонтальную линию ниже.
Левая нога де Жюльена была отсечена, и он рухнул на пол, кровь хлестала из ужасных ран. Несчастный пытался выкрикнуть слова мольбы, но в горле у него забулькало. Он приподнял оставшуюся руку в слабой попытке защититься от следующего удара.
Рука тут же была отсечена до локтя.
— Только мое отсутствие было причиной поражения, — заявил Гринспэрроу Крезису, не обращая внимания на дрожащий, извивающийся обрубок на полу. — Это да еще некомпетентность тех, кто должен был отвечать за дело!
— И, пожалуй, из-за Гаскони, — продолжал рассуждать Гринспэрроу. — Гасконцы сочли, что свободный Эриадор выгоднее для них; они не понимали, насколько важна защита Карлайла от хьюготов и тому подобных напастей.
— Но теперь, — продолжал Гринспэрроу, вставая и назидательно помахивая пальцем, — теперь гасконцы узнали всю правду о жалком Эриадоре и не станут просить нас заключить мир. — Король равнодушно переступил через уже мертвого де Жюльена. Затем он взглянул на Крезиса, отметив встревоженное выражение безобразного лица своего герцога.
— Именно этого мы и хотели! — воскликнул Гринспэрроу и разразился смехом. — Мы подтолкнули Эриадор, и глупец Бринд Амор объявил войну.
Крезис немного успокоился, припомнив, что именно к такому результату они и стремились, когда вместе с Гринспэрроу посылали племена циклопов в набеги на поселения Эриадора и Дун Дарроу.
— У них, возможно, осталось пятьдесят наших кораблей, — продолжал Гринспэрроу, — считая и те двадцать, которые, по сообщениям, хьюготы пустили на дно. Сам факт, что такое множество прекрасных военных кораблей было потоплено дикарями, говорит о том, что рыбаки Эриадора просто не умеют управляться с огромными галеонами. — Гринспэрроу опалил Крезиса диким, безумным взглядом. — Однако у нас осталось еще больше сотни, и на них плывут опытные моряки и воины-циклопы. Половина флота Эриадора вскоре войдет в пролив Мэн. У меня есть нужное количество боевых кораблей, которые встретят их и обратят в позорное бегство.
— Эта битва дорого обойдется, — осмелился вставить практичный Крезис.
— Не так уж и дорого! — взревел Гринспэрроу. — Когда к ней присоединятся корабли Барандуина, то есть еще сотня, тогда никакой угрозы больше не останется. — Король распалялся с каждым словом, смакуя предвкушение полной победы. — Тогда Бринд Амор поймет, что наиболее уязвимое место для него — западное побережье, и он вынужден будет повернуть свои войска на Монфор еще раньше, чем выйдет из горного района.
Это казалось достаточно несложным и логичным, и Крезис позволил себе немного расслабиться. Гринспэрроу подошел к нему, положил руку на плечо.
— Это в том случае, если старый волшебник к этому времени будет еще жив, — прошептал он в ухо циклопа. Затем он отскочил, стараясь не ступить в запекшуюся лужу крови того, кто еще недавно был его послом в Кэр Макдональде.
— Не следует недооценивать Диану Велворт, мой одноглазый друг, — объяснил Гринспэрроу. — С помощью моих герцогов и их демонов, которые будут в ее распоряжении, Диана поймает старого волшебника и покажет ему, что время его магии давно прошло.
Внезапно Гринспэрроу остановился и замолчал. Ему надо еще раз попытаться вступить в контакт с Такнапотином. Или раздобыть Диане другого демона, если контакт не получится.
— Это несложно! — вдруг воскликнул он, хотя Крезис не имел понятия, о чем он говорит.
Но циклоп все же успокоился. Крезис был с Гринспэрроу все двадцать два года правления короля. На самом деле, именно Крезис, будучи когда-то послом от племен циклопов у законного короля Эйвона, способствовал восхождению Гринспэрроу на престол. Одноглазый лично убил четырех из пяти сыновей короля, братьев Дианы Велворт. В награду он получил титул и пост герцога Карлайла и за годы своей службы научился верить в безжалостное могущество Гринспэрроу. Мудры были те, кто боялся короля Эйвона.