***
Мальчик резко распахнул покрасневшие глаза и вскочил с земли. Всё это время он лежал в походном мешке, а над его головой склонялись дедушка и Ю.
– Лиам! – встрепенулась кентавр, перехватив его за руку. – Ты в порядке? Наверное, я влила в тебя слишком много магии, и твоё сознание не выдержало. Всё-таки это с тобой впервые. Прости, я должна была рассчитать силы! – чуть не плача извинялась девочка, а старик лишь облегчённо выдохнул.
Лиам потирал переносицу, всё ещё находясь в забытьи. Однако ноги чувствовали твёрдую почву, а звуки и голос Ю помогли ему сконцентрироваться на реальности.
– Нет, нет, – хрипло пробормотал мальчик, прочищая горло. – Ты не причём, Ю, не переживай так. Просто я ещё слабый. – Его взгляд сфокусировался на рогатке, лежавшей возле него. Оружие издавало красное, совсем лёгкое сияние. Огненное сияние.
– У тебя получилось создать артефакт, – встал с колен старик и похлопал внука по спине. – Я горжусь тобой.
– Да, – устало прошептал Лиам. – Спасибо, – радоваться сил совсем не было. Лиам чувствовал себя так, словно его выжали, как половую тряпку. – Я внезапно свалился, да?
– Да, чуть прямо в костёр не угодил, – подтвердил дед. – Но мы с Ю вовремя тебя подхватили.
– Вот оно что, – мимолётно улыбнулся мальчик. – А я подумал, что умер.
– Ты что-то видел? – спросила Ю, оставаясь сидеть на снегу.
– Возможно, просто сон? Не знаю, – он пожал плечами. – Всё было просто белым.
– Скорее всего, магия истощила тебя. Это нормально, – поспешила утешить кентавр. – В первый раз так со всеми бывает. Мама рассказывала, что я проспала почти трое суток после первого применения сил.
Лиам решил промолчать. И про незнакомого человека, и про, якобы, пустое будущее. Про то, что запущен некий процесс. И про то, что у неизвестного такой же артефакт. В конце концов Ю может оказаться права, и это просто шаловливое сознание, подкидывающее странные сны.
Мальчик, словно пустой сосуд, который без понятия, где оказался и что от него хотят. Да, помочь миру магии. Да, помочь Ю. Да, узнать больше о невероятном мире Эбоншейда. Но разве это не то же самое, когда не умеющего плавать малыша кидают в центр глубокого озера и с берега кричат: «Плыви»?
– До ворот в Эбоншейд осталось немного, – предупредил маленький кентавр, отдавая Лиаму рогатку. Как только он взял её в руку, она словно срослась с ним. Одно целое.
***
Прямо в серое небо вились причудливые столбы. Даже задрав голову и всматриваясь изо всех сил в небеса, невозможно увидеть, насколько высоки эти врата. Они словно пронзали облака. Врата исчезали в тумане, где небо, казалось, сливалось с потусторонним. Их поверхность переливалась странными, неземными цветами, играя отблесками серебра. Орнамент из завитков и различных видов растительности переплетался друг с другом, создавая сюрреалистичную картину. Лиам гадал: что же ожидает их за этими несокрушимыми вратами? Мир невиданной красоты или невообразимый ужас? Ответ оставался сокрытым, манящим и пугающим одновременно. Каждая клеточка тела кричала об опасности, но любопытство, такое неутолимое, гнало вперед.
– Пришли, – благоговейно прошептала Ю, останавливаясь перед вратами на почтительном расстоянии. В её ясных фиалковых глазах отражались все искры калейдоскопа, что обволакивал столбы. Виктор сделал нерешительный шаг вперёд и замер. Он помнил этот портал в мир магии. Он помнил, как впервые, более тридцати лет назад, стоял вот так же, как сейчас, перед ним, только в другом месте. Помнил, как земля дрожала под ногами, словно от далёкого раската грома, а воздух был наполнен электрическим напряжением. Вихрь эмоций и чувств, которые Виктор испытал тогда, был апогеем в его жизни. После этого он начал переживать, что больше никогда не испытает этот трепет вновь. Когда живёшь с волшебством бок о бок, когда каждая секунда жизни превращается в непрекращающийся поток чудес и открытий, потом сложно воспринимать простую, человеческую действительность.
Вся явь, без магии, – это лишь второй план, нечто не важное и не столь значительное. Вот она, реальность, там, за этими столбами. Проблема лишь в том, что однажды окунувшись в этот мир, человека постоянно будет преследовать жажда большего. Виктор с этим справился… Он ушёл… Не стал жадничать и просто покинул Эбоншейд, понимая, что его дом – на другой стороне мироздания. И вот сейчас он снова здесь. Только на сей раз всё по-другому.
У Лиама вовсе не находилось слов. Он понимал, что ежедневно будет подвергаться тем или иным необъяснимым событиям и смертельным опасностям, поэтому подыскивать слова просто не актуально. Сколько ещё раз он увидит нечто необъяснимое? Сколько ещё раз будет стоять вот так: с открытым ртом?