Однако вскоре их вызвали обратно в Лондон. Выводы комиссии относительно несбалансированного бюджета еще больше подорвали уверенность в финансовой стабильности и усилили натиск на фунт. 12 августа для рассмотрения рекомендаций Мэя собрался правительственный комитет в составе Макдональда, Сноудена, Томаса, Гендерсона и Уильяма Грэхема, министра торговли. Канцлер тут же огорошил своих коллег, объявив им о том, что Мэй, оказывается, недооценил размеры бюджетного дефицита на 1932 г., — вместо 120 млн тот должен составить 170. Этот неожиданный удар не оставил Большой пятерке (так стали называть правительственный комитет) особых возможностей для маневра. Банк Англии мог удержать фунт только путем размещения займов в Нью-Йорке и Париже, однако иностранные банкиры не желали рисковать своими деньгами до тех пор, пока британское правительство не сбалансирует бюджет. Таким образом, приходилось идти на радикальные сокращения расходов на государственные нужды, в особенности это касалось средств, выделяемых на пособия по безработице.
К 19 августа Большая пятерка скрепя сердце согласилась на сокращения в размере 79 млн, из которых 50 составляли пособия по безработице; в остальном бюджет предполагалось сбалансировать путем добавочного налогообложения. Предложив такие непопулярные меры, Большая пятерка проявила не только реализм, но и смелость, поскольку среди рядовых лейбористов тема безработицы являлась одной из самых болезненных. «Это был горький день, — писал Макдональд, — и тяжки наши справедливые жалобы на судьбу».
В среду, 19 августа, с 11 ч. утра и до 23 ч. 30 мин. кабинет обсуждал доклад Большой пятерки. Большинство членов кабинета высказались в пользу содержавшихся в нем рекомендаций, хотя многие были недовольны размерами предложенных сокращений. Меньшинство отвергло любые сокращения, предлагая лишь повысить тарифы. В результате кабинет так ничего и не решил, но и не отверг доклад, надеясь прийти к согласованному решению в течение ближайших сорока восьми часов.
В четверг, 20 августа, обнаружилось еще одно препятствие. Лидеры консерваторов и либералов заявили премьер-министру, что не согласятся на дополнительные налоги в размере примерно 100 млн фунтов, а общественное доверие могут восстановить лишь дальнейшие сокращения расходов, в особенности за счет пособий по безработице. И хотя золотовалютные резервы страны продолжали истощаться, худшее было еще впереди. Генеральный совет Конгресса тред-юнионов во главе с Уолтером Ситрайном и Эрнестом Бевином предупредил Макдональда, что социальное обеспечение и тем более пособия по безработице ни в коем случае не должны пострадать. Таким образом, премьер-министр оказался зажатым между «твердолобыми» и идеалистами.
В тот вечер Большая пятерка заседала допоздна, но так и не смогла прийти к какому-либо соглашению. «С нами все кончено! — воскликнул Томас, выходя из зала заседаний. — Подлые трусы!» Он имел в виду, что к тому времени двое из членов Большой пятерки уже дезертировали. Учитывая мнение Конгресса тред-юнионов, Гендерсон и Грэхем теперь поддерживали лишь самые скромные сокращения пособий по безработице. Макдональд уже был готов немедленно прекратить полномочия своей раздираемой противоречиями администрации, однако утром 21 августа все же собрал остатки сил и попытался в последний раз призвать кабинет к согласию. Все было тщетно. За сорок восемь часов до этого кабинет в принципе согласился на рекомендуемые Большой пятеркой сокращения в размере 79 млн фунтов, из которых около 50 составляли пособия по безработице. Теперь же эта цифра сократилась до 56 млн, из которых на пособия по безработице приходилось лишь 22. Пересмотренные цифры вряд ли могли удовлетворить оппозицию, а тем более — иностранных банкиров, от которых зависело спасение Британии от банкротства. Однако несгибаемое большинство членов кабинета не могли устрашить никакие угрозы. Вместо того чтобы искать компромисс в отношении пособий, они были готовы уйти в отставку и предоставить тори возможность беспрепятственно заниматься социальной хирургией.