– Ты знаешь правила – ходить в одиночку запрещено, – сказал он сурово.
– Я плохо себя чувствую. Мне нужно к мадам Помфри.
Мракоборец сдвинул широкие тёмные брови к переносице, недоверчиво оглядел девушку и сказал:
– Ладно. Я провожу тебя.
Карла возражать не стала, и они вдвоём зашагали к замку. Мракоборец то и дело бросал на девушку подозрительные взгляды, будто она могла в любой момент напасть на него, и держался несколько позади неё. Питер и Драко, сжимавший в руке волшебную палочку, направленную на Карлу, шли чуть поодаль от мракоборца и молчали. Малфой был уверен, что тот что-то подозревал, поэтому был готов оглушить его в любой момент. А вот Питер был абсолютно спокоен. Всё складывалось так, как он и хотел. Конечно впереди было самое сложно, и максимально опасное, но сейчас он об этом не думал.
У ворот замка мракоборец не остановился – он проводил Карлу аж до самых дверей замка. Потом он развернулся и пошёл обратно в Хогсмид. В холле замка сидел Филч. Он оглядел вошедшую девушку с нескрываемым раздражением и хрипло сказал:
– Имя, фамилия.
– Карла Уильямс.
Филч отметил её в свитке пергамента
– Что в карманах?
– Ничего. – Она вывернула карманы мантии.
Филч оскалил кривые желтые зубы, разочарованный тем, что за несколько месяцев ему так и не удалось никого поймать с чем-то запрещённым.
– Иди на восьмой этаж, – сказал Драко. – Надеюсь, мы ни с кем не столкнёмся.
– Да хватит тебе уже. Нас не видно. Даже чёртов мракоборец ничего не заметил. Кто что заподозрит?
– Вдруг, какая-нибудь МакГонагалл отправит её в гостиную? Или твоя магия перестанет действовать?
– Моя магия не подведёт, – сказал Питер, твёрдо уверенный в своих словах. – Чего не могу сказать о тебе.
– Да хватит. Что с того, если я нервничаю? Боюсь даже представить, что будет, если нас поймают.
Но в коридорах замка никого не было. Питер постоянно озирался по сторонам, но его зоркий взгляд никого не заметил. Втроём они спокойно поднялись на восьмой этаж и открыли Выручай-комнату.
– Заходи, – сказал Драко, и Карла зашла в комнату.
Питер, ещё раз оглядев пустой коридор, вошёл за ними.
– Ну-с, думаю, сначала нужно снять чары.
Пэн представил, как они с Драко вновь становятся видимыми. Когда Карла увидела их, явившихся словно из воздуха, её глаза широко распахнулись, а сама она чуть не закричала.
– Не кричи, – сказал Драко. – Империус всё ещё действовал, и бедная девушка была вынуждена делать всё, что ей прикажут.
– Кто вы? – спросила она дрожащим голосом. – Что я здесь делаю?
– Они всегда задают столько вопросов, – усмехнулся Питер. – Давай сделаем это быстро. – Он направился к Карле, но та попятилась назад. – Прикажи ей стоять на месте. – Драко отдал приказ, и Карла замерла. – Я чувствую её. Прямо здесь, возле сердца. – Питер дотронулся до груди девушки. Под его пальцами и впрямь билась магия, будто готовая вырваться наружу. – Это не должно быть сложнее, чем вырвать сердце.
Сосредоточившись на маленьком сгустке чистой магии, Питер погрузил пальцы в грудь Карлы. Девушка смотрела, как рука Пэна всё глубже и глубже погружается в её тело. Рот Карлы распахнулся в безмолвном крике, а из глаз брызнули слёзы. Питер отчётливо видел сгусток энергии, до него осталось совсем чуть-чуть. Когда рука юноши достигла цели, по его телу будто прошёл электрический заряд, а кончики пальцев потеплели, будто он держал огненный шар. Магия была хрупкой – чуть сильнее сожми, и она разлетится на мелкие осколки. Питер вынул её из тела Карлы, почти не дыша. Даже Драко, стоявший чуть поодаль, не мог вздохнуть. Он сжимал в дрожащей руке волшебную палочку, и, словно заворожённо, смотрел широко распахнутыми глазами на руку Питера в груди пуффендуйки. Он и представить не мог, что это будет так жутко.
Магия светилась и искрилась чистым, чуть голубоватым сиянием. Питер будто держал в своей руке самую настоящую звезду, свалившуюся во сне с неба. Это было потрясающе – он не мог даже взгляда отвести от бьющейся в его руке чистой живой энергии. Соблазн вложить её в собственную грудь был слишком велик, но скоро и так вся магия будет принадлежать ему, Питеру Пэну. Нужно лишь немного подождать.
Чаша Дюбуа, которую Питер достал из кармана, тут же, почувствовав магию, открыла крышку. Юноша вложил сгусток волшебства в чашу, и крышка закрылась. Несколько секунд ничего не происходило. Питер уже было подумал, что этот – такой гениальный – способ не сработал, но вдруг свет, исходивший от магии Карлы, начал расти. Он стал таким ярким, что вмиг охватил всю Выручай-комнату. Питер зажмурился и закрыл рукой глаза, дабы не ослепнуть. Позади него громко выругался Малфой, а там, где должна стоять Карла, раздался грохот, будто на пол что-то уронили. Когда свет исчез, и Питер вновь смог открыть глаза, он первым делом посмотрел на чашу – в ней, где-то на самом дне, была будто светящаяся вода. Губы Пэна растянулись в победной улыбке – у него получилось.