После ещё нескольких неудачных попыток переместиться внутрь обруча энтузиазма у некоторых студентов поубавилось.
— Не переживайте, — сказал Двукрест. — У вас обязательно получится. На сегодня всё, — объявил он. — До встречи в следующую субботу. И не забывайте: нацеленность, настойчивость, неспешность.
После чего он взмахнул волшебной палочкой, убирая обручи, и вместе с деканами покинул Большой зал, тут же наполнившийся гомоном разговоров.
Гермиона и Питер вышли в вестибюль, чтобы подождать Малфоя и в очередной раз пойти в библиотеку.
— Редкостная глупость! — громко сказал он, выйдя в холл. — Кто его вообще назначил инструктором?
За Малфоем вышла Пэнси Паркинсон. Она быстро и решительно направилась прямо к Питеру и Гермионе, стоявшим у лестницы. Слизеринка налетела на Гермиону и толкнула её плечом.
— Смотри куда прёшь, Грейнджер! — яростно сказала она.
— Проблемы, Паркинсон? — ответила Гермиона. — А ты хочешь? Я тебе быстро устрою!
— Дамы, дамы! — Питер вклинился между Пэнси и Гермионой и выставил руки, заставляя слизеринку отойти. — Зачем нам эти конфликты?
— Эта вонючая грязнокровка мне за всё ответит! Будет знать, как чужих женихов уводить!
Гермиона усмехнулась.
— Паркинсон, ты рехнулась? Сходи к мадам Помфри. Она тебе быстро мозги на место поставит.
— Ах ты тварь! Вомитаре Веридиус! — громко сказала Пэнси. Из её палочки вырвался зелёный луч, но Питер остановил его прежде, чем он угодил в Гермиону. — Отойди, Пэн! Эта гадина мне всю жизнь испортила. Чёртова грязнокровка!
Вестибюль наполнился народом, с любопытством ждущим продолжения назревающей потасовки.
— Знаешь, Пэнси, — сказала Гермиона, выходя из-за спины Питера, — я давно хотела начистить твою уродливую рожу. Фурункулюс!
— Протего! — воскликнула Паркинсон, останавливая пущенное Гермионой заклинание. — И это всё, на что ты способна? — рассмеялась она. — Наверное, тебе больше зелья нравятся, да? Приворотные, например? Риктусемпра!
— Петрификус Тоталус! — произнесла Гермиона, отбив заклинание слизеринки.
Та не успела выставить щит, и заклинание угодило туда, куда нужно. Но почему-то сработало сильнее, чем Гермиона рассчитывала. Пэнси отлетела на несколько футов и с такой силой упала на пол, что Гермиона даже испугалась, но это быстро прошло.
К Паркинсон сразу подбежали и попытались поднять, а по толпе студентов, наблюдавших за происходящим, прошёл шепоток.
— Кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит? — появившаяся на лестнице МакГонагалл была очень рассержена. Те, кто стоял ближе к лестнице, поспешили ретироваться, дабы не попасть под горячую руку волшебницы. — Фините Инкантатем! — сказала МакГонагалл, направив палочку на лежавшую без сознания Пэнси. — Быстро, отнесите мисс Паркинсон в больничное крыло. А вы, мисс Грейнджер, в мой кабинет. Живо.
Гермиона последовала за волшебницей. Наверное, она должна была чувствовать вину, стыд, но в гриффиндорке не возникло ничего такого. Паркинсон сама напросилась. Все эти годы напрашивалась.
— Рассказывайте, — скомандовала МакГонагалл уже в кабинете.
— Паркинсон меня спровоцировала, профессор, — сказала Гермиона невозмутимо. — Спросите у кого угодно — она первая напала на меня.
— Я очень разочарованна в вас, мисс Грейнджер, — сказала волшебница, снимая с носа очки. — Уж от кого, но от вас я такого не ожидала. Я вынуждена снять с вас тридцать очков и назначить справедливое наказание.
— Вы хотите, чтобы мне стало стыдно, профессор? Но мне не стыдно. Паркинсон получила по заслугам.
МакГонагалл оглядела Гермиону, будто не веря, что это сказала именно она. Та самая Гермиона Грейнджер, предотвращающая стычки и драки, в которые ввязывались Поттер и Уизли. Та самая Гермиона Грейнджер, которая никогда бы и мухи не обидела.
— Мне очень больно слышать от вас подобное, мисс Грейнджер. Я прекрасно знакома с талантами некоторых студентов Слизерина выводить на конфликты, но это никому не даёт право использовать на них магию. Что бы не наговорила мисс Паркинсон, вы будете наказаны. Вы обе. Можете идти.
Пара студентов подняли Пэнси с пола и понесли в больничное крыло. Абсолютно никто не понимал, что заставило слизеринку напасть на Гермиону. Никто, кроме Питера и Драко.
О помолвке Драко Малфоя и Пэнси Паркинсон их родители договорились так давно, что, наверное, сами не помнили об этом. Род Пэнси был знатен, богат, а это всё, что имело значение в выборе будущей миссис Малфой. Драко никогда не воспринимал эту договорённость всерьёз. Он был уверен, что Пэнси говорит о их будущей свадьбе просто из-за глупой влюблённости, на которую он, Драко, никогда не отвечал. Ему не было до неё никакого дела. Он не воспринимал Пэнси не то чтобы в качестве своей невесты, но даже как девушку. Они и друзьями-то не были. Пэнси даже на свиданку с Пэном ходила и была в числе тех, кто жаждал получить от него приглашение на рождественскую вечеринку Слизнорта. Но разве Драко это заботило? Ничуть.