Но Питер не замечал за собой никаких изменений. Это мир вокруг будто изменился, замедлился, а он сам двигался с невообразимой скоростью. Питер знал почти всё, что должно произойти в следующую секунду. Это было потрясающе. Он словно владел и управлял событиями, и делал это так же искусно, как манипулировал чужими мыслями и сознанием. Питер Пэн мог свернуть горы. В одно мгновение запрыгнуть на верхушку астрономической башни — сейчас ему было подвластно даже само время. Но вместе с силой пришла и жестокость. Такая, какую никто никогда не видел. Глаза Питера блестели самой тьмой, будто стали вратами в преисподнею. Из-за него несколько человек оказались в больничном крыле — Пэнси Паркинсон и её подружки. И всё потому, что те обсуждали план мести Гермионе за то наказание. Питер просто взорвался. Могущественная волна энергии обрушилась на слизеринок, ломая их кости и разрывая внутренности. Но, естественно, никто ничего не смог доказать. Питер всегда был искусным манипулятором, а, поглотив совсем немного магии ядра, он стал чудовищно опасен.
Гермиону эту крайне беспокоило. Она никогда не испытывала на себе гнев Питера, но видела, как он довёл до истерики какого-то первокурсника, который споткнулся на лестнице, уронил книги и пергамент и мешал Пэну пройти. Слизеринец так наорал на бедного мальчишку и сдавил его голову магией так, что тот почти потерял сознание.
— Зачем ты это сделал? — спросила Гермиона, пытаясь успокоить мальчика.
— Он встал на моём пути, — просто ответил Питер. — А у меня с такими разговор короткий.
— Он ребёнок, Питер! — Слизеринец усмехнулся. — Я не узнаю тебя, — сказала Гермиона разочарованно. — Ты изменился.
И девушка, собрав разбросанные учебники мальчика, повела его вверх по лестнице. Конечно, Гермиона понимала необходимость магии ядра, но ей всё равно было страшно. Страшно видеть изменения в Питере и не знать, как помочь ему. «Когда всё закончится, я сделаю всё возможное, чтобы отгородить Питера от него», — пообещала она себе.
Пэн был в неописуемом восторге от своей очередной победы. Он чувствовал воодушевление, силу и совсем не понимал, почему Гермиона теперь косо и с настороженностью смотрит на него. Да, может, Питер действительно грубо обошёлся с тем мальчишкой, но он так силён, что может позволить себе всё, что угодно. «Она просто не понимает, — думал он. — Когда она сама увидит ядро, всё в ней изменится. Ей нужно лишь почувствовать».
Через пару дней Питер отвёл Гермиону в комнату, где было ядро. Они прошли тем же путём, открыв проход за статуей безобразной ведьмы, и спустились по длинной лестнице.
— Прямо туда? — спросила гриффиндорка, стоя над чёрной дыркой в полу.
— Ага, — кивнул Питер. — Не бойся. Я рядом.
Они прыгнули, крепко держась за руки. Магия сделала этот недолгий полёт лёгким, плавно приземлив молодых людей на ноги. Гермиона ахнула, а потом, увидев огромный горящий шар посреди пустой комнаты, распахнула рот, шокированная этим зрелищем. Сердце в груди девушки бешено заколотилось, но не от восторга, а от страха. Будто ядро могло взорваться в любую секунду, похоронив их под тоннами камней и обломков замка.
— Посмотри на это, — заворожённо начал Питер. — Оно невероятно. — Его пальцы почти любовно коснулись поверхности шара. — Весь мир будет наш.
— Мы… мы не можем пользоваться им, Питер, — проговорила Гермиона. Она стояла подальше от ядра, боясь подойти хотя бы на один шаг, будто могла сгореть заживо. — Убьём Волдеморта и больше никогда сюда не вернёмся.
— Не вернёмся? Ты, наверное, не понимаешь — это всё, — он обвёл рукой ядро, — наше. И только наше. Только не говори, что оно тебе не нужно.
— Не нужно, — твёрдо сказала Гермиона. — И твоя магия тоже.
Питер усмехнулся.
— Ага, конечно. Так не нужна, что ты воспользовалась ей. — Он сделал несколько шагов к гриффиндорке, приблизившись почти вплотную. — Признай, Гермиона, тебе просто захотелось ещё. — Девушка ничего не ответила. Губы Питера растянулись в довольной улыбке. — В этом нет ничего плохого, — продолжил он, развернувшись. — Сила нужна как раз для того, чтобы ей пользоваться.
— Я тебя не узнаю, — сказала Гермиона дрогнувшим голосом. — Это не ты! Магия сделала тебя жестоким. Она изменила тебя! Я сделаю всё, чтобы ты сюда больше не смог вернуться.