— Ваш господин мёртв, — проговорил он слабым, хриплым голосом. — И… будет крайне глупо продолжать бороться за него. Так что… я предлагаю вам… присоединиться ко мне и построить новый идеальный мир… вместе.
Пожиратели молчали. Они молча смотрели на Питера, восседавшего на стуле их повелителя, на Северуса, стоявшего за его спиной. Они молчали и тогда, когда Питер, держась за Гермиону, покидал поместье. Лишь Нарцисса окликнула Драко, когда он выходил из гостиной.
— Драко, — произнесла она дрожащим голосом, — не уходи.
Юноша посмотрел на мать долгим, извиняющимся взглядом и, отвернувшись, вышел за Питером. Когда дверь за ними закрылась, из-за неё раздался душераздирающий, полный настоящей боли крик Беллатрисы. Волшебница кинулась в Волдеморту, сначала даже боясь дотронуться до него. Она окликала его, а потом начала неистово трясти, громко крича. Но Тёмный Лорд не открывал своих красных змееподобных глаз. Теперь он их никогда не откроет.
— Как ты, Питер? — обеспокоенно спросила Гермиона, когда они шли к воротам.
— Мне нужно к ядру, — тихо сказал он, бледнея всё больше. — Оно поможет.
— Потерпи немного. Скоро будем в Хогвартсе.
Пэн еле перебирал ногами, повиснув на Гермионе и Драко. Лоб его покрылся потом, а глаза закрылись. Девушка была очень обеспокоена состоянием Питера, ведь она никогда прежде не видела его таким… уязвимым. Это будто был совсем не Питер Пэн, а очень похожий на него мальчик.
Трансгрессия к магическому барьеру замка почти убила Питера. Он с громким вздохом повалился на землю и упал бы, если бы Драко и Гермиона не удержали его.
— Питер, пожалуйста, не отключайся! — взмолилась Гермиона. — Ещё чуть-чуть. Скоро будем в замке. Венгардиум Левиоса! — И Питер взмыл в воздух, будто ничего и не весил. — Скорее!
Девушка со всех ног побежала через лес, совсем не разбирая дороги. Она перепрыгивала через поваленные деревья, корни, торчащие из земли, спотыкаясь, почти падая — конечно, ведь палочка Драко давала совсем мало света! Но Гермиону не волновало, как сильно изорвётся её одежда — лишь бы с Питером всё было хорошо.
Северус смотрел, как голубой свет затерялся среди деревьев. В замок волшебник возвращаться не спешил, да и не хотел, чтобы его видели с Пэном. Это вызовет много вопросов, на которые он не знал, как отвечать. Но больше глупых расспросов, он не хотел видеться с Дамблдором. Северус был уверен, что директор не спит и ждёт его в своём кабинете. Наверное, Снейп пока сам не поверил в то, что Тёмный Лорд действительно мёртв. Наверное, всё это была уловка, хорошо отыгранный спектакль, и Волдеморт сейчас будет здесь с огромной армией, чтобы убить Питера Пэна и их всех. Но всё было спокойно. Где-то в чаще леса прокричало какое-то существо, а за спиной Северуса безмятежно мерцал защитный барьер. Неужели, они победили? Северус шумно вздохнул, на секунду прикрыв глаза, и зашагал к замку. В кабинете директора горел свет. Снейп увидел его ещё издалека. Дамблдору было совсем неспокойно этой ночью. Он не мог ни на что отвлечься — все его мысли занимал Питер Пэн. Мальчик, решивший бросить вызов Волдеморту. Волшебник и не думал, что Питер победит, но когда он увидел на пороге своего кабинета Северуса, поверить пришлось.
— Неужели, у него получилось? — спросил Дамблдор, стоя у окна.
— Да, директор. Тёмный Лорд мёртв.
Оказывается, чтобы окончательно поверить в произошедшее, нужно было сказать об этом вслух. С плеч Северуса словно свалился огромный, неимоверно тяжёлый груз. Он наконец был по-настоящему свободен.
— Как он это сделал? Один, — Дамблдор повернулся и прошёл к небольшому шкафу, откуда извлёк бутылку из тёмного стекла.
— Разве это так важно? — спросил Северус, садясь напротив директорского кресла. — Тёмный Лорд мёртв. Всё наконец закончилось.
— Не подумайте, что я не рад, — сказал Дамблдор, слабо улыбнувшись. — Просто я хочу быть уверен, что он вновь не вернётся.
— У Пэна был крестраж, — начал Северус. Дамблдор так и застыл с наклонённой к кубкам бутылкой в руке. — Понятия не имею, где он его взял. Возможно, он всё это время был прямо здесь, в замке
— А остальные? — просил Дамблдор, налив медовуху в кубки.
— Я думаю, уничтожены. Пэн использовал очень могущественную магию. Змея сгорела прямо на моих глазах. Но Пэн сам чуть не погиб. Он...
— Мерлин, Гарри! — воскликнул директор и бросился к двери, уронив кубок на пол.
Для Гарри Поттера эта ночь стала очень тяжёлой и по-настоящему мучительной. Он спал в своей комнате в башне Гриффиндора, когда почувствовал нестерпимую боль. Его мозг будто плавился, рискуя взорваться в любой момент. Гарри громко закричал, хватаясь за голову. Рон тут же проснулся и бросился к другу.