— Питер, — поняла Гермиона, — что это за цирк? Зачем ты это устроил?
— Ну, я пока отнесу книги, — сказал Драко, ехидно улыбнувшись. Он взял с пола несколько книг и пошёл обратно к исчезательному шкафу.
— Я не понимаю, чего ты злишься? — спросил Питер. Он уже вновь стал собой и, нахмурив лоб, смотрел на Гермиону.
— А как тут не злиться? — воскликнула девушка. — Пропал на весь день. С Малфоем! Чёрт знает, где ты был и что делал. Малфой не говорит, а ты заявляешься с украденными из библиотеки книгами. Если я всё ещё твоя девушка, то я, наверное, заслуживаю знать, где тебя черти носят.
Питер понимал, что он должен извиниться, но Гермиона так громко и возмущенно говорила, будто он действительно сделал что-то плохое. И это его самого разозлило.
— И правильно, что он тебе ничего не рассказал, — бросил Питер. Эти слова для Гермионы стали словно пощёчина. — Ты в любом случае сделала бы меня виноватым.
— Я волновалась за тебя, самовлюблённый ты индюк! — крикнула гриффиндорка. — Зачем ты вообще со мной встречаешься, если я тебя так раздражаю? Послал бы меня уже и вернулся к жизни полной эгоизма и самовосхваления. А знаешь что? Я сама уйду. Радуйся — больше я тебя не потревожу.
Гермиона прошла мимо Питера и уже хотела открыть дверь в коридор, но слизеринец схватил её за руку и развернул к себе.
— Никуда ты не уйдёшь, — прошипел он.
— А ты останови меня, — угрожающе ответила Гермиона, пытаясь вырвать руку из крепкой хватки Питера. Юноша дёрнул её на себя и поймал вторую руку.
Пэну следовало всё объяснить, но он так был напугал, что почти не соображал. Если бы он показал свои истинные чувства и эмоции, ему, возможно, стало бы легче. А он всегда держал всё в себе. От этого становилось лишь хуже. Весь день он прятался от Гермионы лишь для того, чтобы её защитить. Чтобы не впутывать в очередную самоубийственную часть своего плана. «Может, запереть её здесь и дело с концом?» — думал он. Но даже из самой высокой и непреступной башни Гермиона найдёт выход. Питер так до сих пор и не понял, что, держа её в стороне, он не делает лучше.
— Я хочу тебя защитить, — произнёс он сквозь стиснутые зубы.
— Как? Отталкивая меня? Я думала, мы заодно, — сказала Гермиона, вновь пытаясь освободить руки, но Пэн крепко держал их. По выражению его лица не было видно, что он обеспокоен или напуган. Слизеринец был дьявольски зол.
— Ты не знаешь, что происходит! — прогремел он. Гермиона услышала, как где-то с грохотом что-то упало. — Мы все в опасности. Ты, чёрт возьми, в опасности! Один раз — хотя бы один чёртов раз! — позволь мне тебя защитить.
Питер бросил руки Гермионы и, отвернувшись, спрятал лицо в ладонях. Сейчас он оказался на грани. Впервые за свою очень долгую жизнь он почти плакал. От беспомощности, страха. Таким Питера Пэна не видел никто и никогда.
— Тень убьёт нас, — проговорил он, всё ещё стоя спиной к Гермионе. — Если я не скажу, где ядро. Мне страшно. Чертовски страшно. Страшно, что я потеряю тебя.
Гермиона не знала, что сказать. Она стояла и смотрела на напряжённую спину Питера и не знала, что делать, как помочь ему. Образ самоуверенного, сильного короля Нетландии слетел с Пэна, оставив обычного мальчика. Ребёнка, который был до смерти напуган. Грейнджер только и могла, что подойти к нему и обнять. Она обхватила его и уткнулась лицом в спину, думая о том, что она никого не любила так сильно, как Питера. Слизеринец вздохнул и расслабился. Он стоял, наслаждаясь близостью Гермионы и молясь о том, чтобы время навеки замерло в этом самом мгновении.
— Мы всегда будем заодно, — произнесла Грейнджер. — Ты и я. Что бы ни случилось, кто бы ни пытался убить нас. Я никогда тебя не оставлю.
Она говорила чистую правду, и Питер знал это. Каждой клеточкой тела он чувствовал поддержку. То, что он отныне и вовек не один.
— Так ты хочешь сбежать? — спросил Драко, выгнув бровь. Он-то знал, зачем на самом деле Пэну понадобился исчезательный шкаф, но не мог не посмеяться над очередной ложью и над тем, как Грейнджер всецело ему доверяет.
— Это всего лишь запасной план, — ответил Питер.
Юноша сказал Гермионе, что шкаф будет их спасением, если он не придумает, как утихомирить Тень.
— А-а, — ехидно протянул Драко, сидя на столе, — вот оно что. А я думал, ты не из тех, кто убегает.
— Я и не хочу, — ответил Питер. Он сидел на полу с книгой на коленях. Гермиона — рядом с ним. — Но никто не знает, что будет, если я попытаюсь убить Тень. Конечно, способ есть. Нужно лишь изолировать её от магии. Любой. Но её смерть может обернуться катастрофой.