Глава 8. Башня астрономии
Питер умеет внушить страх. Без особого усилия. Одним лишь взглядом. Ему ничего не стоит заставить бояться себя. Страх – лучшее средство управления людьми. Когда они боятся, превращаются в глупое стадо, которое сделает, что прикажут. Пэн умеет использовать страх. Знает, где надавить, что сказать, чтобы человек превратился в марионетку.
Но никто не скажет, чего боится сам Питер Пэн. Наверное, ничего. Ибо страх – признак слабости. Его можно использовать против, а Питеру этого никак нельзя допускать. Пусть жалкие людишки, как Драко Малфой, боятся.
А Драко действительно боялся. Он не мог объяснить, что именно в Питере вызывало у него страх, обволакивающий каждую клеточку. Он просто боялся его всего целиком. Будто Питер Пэн воплотил в себе все его самые ужасные страхи и кошмары, будто он был самым страшным вселенским злом. Даже Тёмного Лорда Драко не боялся так, как Питера, хотя тот был всего лишь мальчишка.
Мальчишка, под маской которого – всепоглощающая чернота и холод, безумие и смерть.
Питер поручил Драко поговорить с Гермионой Грейнджер, выведать у неё про книгу. Вроде, пустяк, но Малфой откладывал это, постоянно избегая гриффиндорку. Он даже перестал сыпать колкости и насмешки в сторону неё и её друзей. Он переживал. Боялся, что Питер причинит ей боль, но как защитить, совершенно не знал.
Все, кто учится в Хогвартсе, знают, что Драко Малфой всем своим естеством ненавидит Гермиону Грейнджер и всех её друзей. Но никто не знал причину этой лютой ненависти. Даже сам Драко до конца не знал, почему так ненавидит Золотое Трио. Просто так сложилось. И, вроде, всех даже это устраивало. Перепалки, колкости: все привыкли к этому. Без этого жизнь в Хогвартсе уже была какой-то другой.
Но, несмотря на всю ненависть к магле-выскочке Грейнджер, Драко не мог допустить, чтобы и она угодила в лапы Питера. Малфой должен во всем разобраться самостоятельно. Без вмешательства Святого Поттера. Хватит ему почивать на лаврах. Пусть хоть раз побудет в стороне от происходящего.
Сотни идей роились в голове Драко. Но среди них не было ни одной здравой. Они мешали учиться, спать, есть. Вот и сейчас, во время завтрака, они в очередной раз атаковали мозг слизеринца. Тянуть с разговором больше нельзя, иначе хуже будет. Это всем своим видом показывал Пэн, который сидел за столом почти напротив Драко, пристально смотревшего прямо перед собой – на компанию Гермионы. Девушка сидела лицом к Малфою и разговаривала о чём-то с Уизли и Поттером. Она выглядела испуганной, как и несколько предыдущих дней. Под глазами залегли чёрные тени от явного недосыпа, лицо осунулось, а кожа побледнела. Может, Пэн все-таки добрался до нее? С одной стороны, это даже лучше.