– Он хоть и со Слизерина, но всё равно не как слизеринцы. Он же из Ильверморни, а у них всё там по-другому.
– Что вы этим хотите сказать? – Девушка резко остановилась и скрестила на груди руки.
– Что ты можешь встречаться с ним, – ответил Гарри, будто всё было очевидно.
– Да, – кивнул Рон. – Мы возражать не будем.
– Вы что?! – возмутилась Гермиона. – Не будете возражать? Во-первых, я не собираюсь с ним встречаться. Во-вторых, если бы и хотела, то ваше разрешение мне совершенно не нужно!
Возмущению гриффиндорки не было предела. Всю оставшуюся дорогу до хижины Хагрида она шла несколько впереди и с парнями не разговаривала. Что они вообще возомнили о себе?! За собой бы научились следить. А если Рон так хочет поиграть в старшего брата, так у него есть Джинни. Пусть читает ей нотации и дарит своё благословление. Оно же так необходимо!
Гарри и Рон шли позади и даже не пытались поговорить с Гермионой. Они не понимали, что такого произошло, но выяснять это было совершенно не время. Парни негромко, так, чтобы не услышала Гермиона, говорили о своём и больше не поднимали тему Питера.
У Хагрида девушка участвовала в разговоре сначала без желания, потом постепенно стала вести себя как обычно. Гарри и Рон даже выдохнули от облегчения.
– Правда, Хагрид! – настаивала Гермиона. – Просто у нас никак не получилось втиснуть твои уроки в расписание.
– Ага, как же, – снова хмыкнул Хагрид.
Хагрид был лесник и вот уже третий год преподавал уход за магическими существами. Предмет сам по себе интересный, но с Хагридом он стал просто невероятно опасным. Для лесничего любое существо – милое и доброе. Пусть то нюхлер или огнедышащий дракон. Чем существо опаснее, тем оно привлекательнее для Хагрида. Хотя, его самого некоторые предпочитают обходить стороной.
– Что это там? – спросил Гарри, пытаясь придать своему голосу интерес, а не отвращение.
Там, куда он указывал, стоял большой бочонок, в котором копошились белые черви. Увидев его, Гермиона взвизгнула, а Рон отскочил в противоположную сторону от этого угла.
– А, просто гигантские личинки, – будничным тоном произнёс Хагрид .
– И что из них вырастет? – спросил Рон с ужасом.
– Никто из них не вырастет, – заворчал лесничий. – Я скормлю их… Арагогу.
И вдруг великан разрыдался. Рыдания сотрясали хижину, казалось, стёкла не выдержат и разобьются.
Гермиона бросилась к Хагриду, обняла его вздрагивающие плечи и громко, пытаясь перекричать завывания Хагрида, спросила:
– Что случилось?
– Араго-о-о-г! – провыл Хагрид. – Он… он, кажись, помирает… Всё лето хворал. Никак не идёт на поправку. Не знаю, что и будет, если он… если он…
Гермиона гладила Хагрида по плечу, совершенно не зная, что сказать. Арагог был гигантский паук, обитающий в глубинах Запретного леса. Четыре года назад Гарри и Рон едва унесли от него ноги. И Хагрид об этом знал, но продолжал любить и обожать своего старинного друга. Девушка совершенно не понимала эту привязанность.
– Может, мы можем как-то ему помочь? – спросила Гермиона, не обращая внимания на судорожно мотающего головой Рона.
Хагрид покачал головой.
– Родичи его… Арагоговы детишки-то. Странные они какие-то стали. С тех пор как он захворал… Беспокойные…
– Да, мы с этим сталкивались, – прошептал Рон.
– Сейчас лучше никому, кроме меня, не стоит подходить близко к их колонии, – закончил Хагрид и громко высморкался в фартук. – Всё равно спасибо, Гермиона, что предложила… Это так много для меня значит.
Хагрид немного успокоился, и атмосфера в хижине заметно разрядилась.
Когда стемнело, Гермиона, Гарри и Рон попрощались с лесничим и заспешили в замок.
– Умираю с голоду, – заверил всех Гарри, как только дверь за ними закрылась, и все трое почти бегом понеслись к замку по тёмным безлюдным лужайкам. – А мне ещё Снейпа сегодня отсиживать.
Гермиона фыркнула, вспомнив, о том, что её ждёт после ужина.
В холе, прямо перед дверями Большого Зала, друзья увидели того самого Кормака Маклаггена, составившего конкуренцию Рону сегодня утром. Кормак был семикурсник, высок и невероятно плечист. В Большой Зал гриффиндорцу удалось попасть только со второй попытки – сначала он с разбегу налетел на притолоку. Рон расхохотался и вразвалочку зашагал следом за ним.