— Не волнуйся, Рональд. Всё просто прекрасно, — девушка попыталась улыбнуться.
— Что-то не похоже, — буркнул рыжий. — А всё же… Ты же знаешь, что мы не отстанем! И кстати, в библиотеке тебя тоже не бывает. Мы проверяли, и…
— Да с парнем я! С парнем! — выпалила Гермиона. Ребята уставились на подругу ошарашенными глазами и чуть ли не рты пораскрывали. — Это совсем не то, что вы думаете. Я просто помогаю Питеру с уроками. Больше ничего.
Девушка плюхнулась на диван между Гарри и Роном и устало откинулась на спинку.
— Это тот самый слизеринец? — спросил Поттер. Гермиона кивнула. — А почему ты это скрывала? Если ты ему просто помогаешь… в этом же нет ничего такого.
— Не знаю, — проговорила Гермиона. — Наверное, потому что он…
— Слизеринец, да? — улыбнулся Рон. Девушка кивнула. — Мы же говорили, что нет ничего в том, если вы будете встречаться.
— Да не встречаемся мы!
— А всё же он кажется… классным, — согласился Гарри.
— Да! Хотя, первое время меня немножко потряхивало от него.
Гермиона усмехнулась.
— Только не говорите пока никому, — попросила Грейнджер. — Не хочу, чтобы пошли слухи.
Парни пообещали держать языки за зубами, и все спокойно отправились спать.
Девушка лежала в кровати и улыбалась. Ей польстило то, что ребята подумали, будто у них с Питером романтические отношения. Гермиона только недавно начала замечать, что относится к Пэну с каким-то трепетом. Конечно, её иногда трясло от его присутствия, но всегда хотелось, чтобы юноша не уходил как можно дольше.
Отсутствие результатов поиска огорчали их обоих. Ну, Гермиону огорчало, а Питера неистово злило. Юноша хотел рвать и метать, когда гриффиндорка откладывала в сторону очередную книгу и удручённо говорила: «Ничего». Но Пэн сдерживался, а внутри у него всё кипело от ярости.
Гермиона боялась, что Питер решит прекратить поиски, что он откажется от её помощи. Почему этот слизеринец привязал её к себе настолько сильно?
— Твои чары невидимости, кстати, очень хорошо работают, — сказала Гермиона на следующий день.
— А ты сомневалась? — усмехнулся Питер, открывая очередную книгу. — Моя магия всегда работает.
— Не понимаю, как ты можешь делать то, что не могут остальные волшебники? Магия же одна. Мы же не можем обладать разными магиями?
— А почему нет? — сведя брови у переносицы, спросил Питер. — Моя магия основана на вере и воображении. А ваша… на чём-то другом. Ну, ещё я просто сам по себе уникальный и очень одарённый. — Питер самодовольно ухмыльнулся.
Гермиона закатила глаза, а потом серьёзно спросила:
— Что будет, если мы так ничего и не найдём?
— Не знаю, — задумчиво ответил Питер. — Буду искать где-то ещё. Пусть Тень найдёт ещё библиотеки. Я так просто не сдамся.
— Я просто хочу, чтобы ты знал, что можешь рассчитывать на мою помощь.
— Я знаю и очень ценю это, — ответил Пэн и накрыл своей рукой руку Гермионы, лежавшую на столе. — Правда.
Девушка в секунду залилась краской, но руки не отдёрнула.
— Ладно, — смущённо проговорила она через несколько секунд, — надо возвращаться к книгам.
Какое-то время они молчали, занятые чтением. Гермиона быстро просматривала книгу, откладывала её в сторону и принималась за следующую. Её взгляд бегал от строчки к строчке, от страницы к странице. Питер украдкой следил за ней. За морщинкой, появившейся на лбу девушки. Следил за тем, как она сжимает губы. Следил за взмахом её длинных ресниц. Порой Гермиона отрывалась от книги и улыбалась Питеру какой-то таинственной, понятной только ей одной улыбкой.
— Почему мы скрываем от всех нашу дружбу? — спросила Грейнджер. Вопрос был неожиданным, и Питер не сразу нашёл, что ответить.
— Дружбу?
— А разве нет? — произнесла она, немного покраснев. — Я думала, мы друзья, но если нет…
— Конечно друзья! Просто… здесь как-то не очень хорошо относятся к дружбе слизеринцев и гриффиндорцев. Обсуждать будут. Мне-то всё равно, а вот как тебе.
Питер надеялся, что Гермиона скажет, будто не хочет слухов и обсуждений и она согласна дальше делать вид, что они и не знакомы вовсе. Одно дело общаться в библиотеке, где их скрывает от посторонних глаз магия, а другое — строить из себя друзей перед сотней учеников. Пэну хоть и нравилось разговаривать с гриффиндоркой, но на дружбу он не согласен. От друзей одни неприятности. Особенно от девчонок.