— Понятия не имею. Вы знали, что Пэн — существо из другого мира?
— Догадывался, — кивнул директор. — Хоть все профессора от него и в восторге, мне он не внушил никакого доверия. И что же Волдеморт? Он согласился на встречу?
— Да, — ответил Северус, перешагивая через поваленное дерево. — Надеюсь, после этого он оставит Драко в покое. Пэн вырвал его сердце и использует Малфоя как марионетку.
— Или они с Волдемортом просто поубивают друг друга. Как бы странно это не звучало, но, если в этой битве кому и суждено победить, то пусть это будет Волдеморт. Его магия хотя бы из нашего мира. С ним мы можем бороться. А вот Питер… Его магию ещё нужно изучить.
Северус не стал возражать. В словах Дамблдора, несомненно, был смысл, но волшебник всё равно надеялся, что в результате схватки никто из этих двоих не выживет.
На следующий день Снейп вызвал Драко к себе в кабинет. Юноша зашёл без стука. Он закрыл за собой дверь и уставил на профессора вопрошающий взгляд.
— Присядь, — сказал Северус, но Малфой так и остался стоять у двери.
Драко выглядел плохо. Он стал совершенно бледен, лицо его осунулось, а под глазами залегли огромные чёрные круги, будто юноша не спал несколько дней подряд.
— Ты плохо выглядишь, — слишком резко произнёс Снейп. — Если…
— Если вы не хотите сказать мне ничего дельного, я пошёл. У меня есть и другие дела вообще-то.
— Можешь передать Пэну, что Тёмный Лорд согласился на встречу.
— Когда? — спросил Драко несколько удивленно.
— Через неделю. Мы отправимся после полуночи.
— Это всё? — Снейп кивнул, и Малфой вышел из кабинета.
Северусу хотелось крикнуть юноше, что он неблагодарный мальчишка, но он лишь устало закрыл глаза, облокотившись на спинку кресла. Как Драко не понимает, что он, Снейп, всего лишь старается уберечь его. Уберечь от тьмы, пытающейся захватить его сердце. Когда-нибудь Драко это поймёт. Главное, чтобы не стало слишком поздно.
Но Малфой совершенно не понимал, почему Снейп суёт свой длинный нос в его дела. Наверное, он хочет забрать у него, Драко, всю славу, когда дело, порученное Тёмным Лордом, будет исполнено. Да, юноша был благодарен крёстному, что тот устроил Питеру встречу с Волдемортом. Он надеялся, что после этого Пэн вернёт сердце, и тогда Драко сможет всё просто забыть.
Хоть Питер и не дает Малфою сейчас никаких поручений, но у Пэна его сердце. А значит, всё ещё может измениться. Драко будто подписал какой-то договор. Насильно, собственной кровью. И теперь этот договор никак не расторгнуть. А Малфою нужно думать о другом, но все мысли занимает сердце. Где Питер хранит его? Вот если бы можно было как-то это выяснить. Можно попросить Грейнджер. Она и так всюду болтается с Пэном. Пусть хоть что-то полезное сделает.
Вообще Драко не понимал, как Гермиона купилась на вранье Пэна. Конечно, Малфой думал о том, что Питер вырвал и её сердце, но уж больно гриффиндорка выглядела рядом с ним счастливой. Либо он приказал ей, либо она просто невероятно глупа.
Увидев Питера и Гермиону вместе в Большом зале во время завтрака, Драко чуть омлетом не подавился. Юношу захватило дикое желание подойти и встряхнуть её хорошенько, чтобы мозги встали на место. Ему захотелось наорать на неё, может, влепить пощёчину, но разве это его забота? Она сама выбрала, кому верить. А Драко это не касается. Он предупреждал Гермиону. Кто ж виноват, что она не послушала?
— Чего такой кислый, Малфой?
Драко повернул голову на голос и увидел Питера, сидевшего рядом. На лице его — неизменная ухмылка. Как же хочется стереть её. Аж кулаки чешутся.
— Не твоё дело, — произнёс Малфой.
— У-у, — протянул Пэн, нахмурившись, — как грубо. Между прочим, сегодня все идут в Хогсмид. Надеюсь, ты не испортишь своей физиономией этот день, а?
— Надеюсь, мы там с тобой не увидимся.
— Разве ты не хочешь пойти туда со своим другом? — Последняя фраза Драко явно обидела Пэна.
— У меня есть дела поважнее. Иди поприставай к Грейнджер. А меня оставь в покое.
Встав из-за стола, Малфой быстрыми шагами покинул Большой зал.
Ну что ж, значит, придётся довольствоваться компанией Поттера, Уизли и Грейнджер. Может, всё-таки никуда не ходить и остаться в замке? Питер мог бы позвать Тень и спросить вдруг она что узнала. Но почему-то Пэн хотел быть сегодня в Хогсмиде. Он привык, что Гермиона почти постоянно находится с ним. Когда её не было, Питер чувствовал некую пустоту. Гриффиндорка раздражала его. Часто. Особенно когда слишком увлекалась рассуждениями о чём-то. Но юноше нравилось разговаривать с ней, а Гермионе нравилось, что её слушают.