Те, кто видел превосходный удар девушки, начали останавливаться и перешептываться. Поклонницы Питера, стоявшие неподалёку, громко заохали и завозмущались.
– Питер, ты в порядке? – крикнула одна из них.
Гермиона, удивившаяся сама себе, резко развернулась и чуть ли не бегом заспешила к квиддичному полю.
– У малышки Грейнджер есть коготки, – проговорил Питер, облизнув губу. – Интересно.
Глава 14. Чаша Дюбуа
Питеру Пэну не бросают вызов, не ставят под сомненье его слова или действия. Решение Питера всегда безоговорочно. То, что он говорит – обязательно к исполнению. А тот, кто всё-таки осмелился бросить ему вызов – глупец и, считай, уже мёртв.
Все, кто перечил Питеру Пэну или, не дай Бог, вызывал на бой, долго не жили. Юноша разбирался с такими быстро, и их, как правило, потом никто не видел. Но дерзость Гермионы Грейнджер его забавляла. Девчонка вряд ли понимает, с кем связалась. Питер заставит её страдать. Он уничтожит всё, во что она верит. Он уничтожит её целиком.
Гермиона не следила за игрой, развернувшейся прямо перед ней. Игроки в красной и зелёной форме гонялись за мячами, но это не заботило девушку. Не важно, кто победит, а кто проиграет. Важно то, что теперь все будут говорить о том, как она ударила Питера Пэна. Её удар многие видели. Они расскажут, подтвердят. Что теперь о ней будут думать? Что она жестокая и неуравновешенная? Что она приревновала Питера, не пожелала мириться с его поведением? Но ведь она правда ревнует и не желает делить с кем-то другим.
Сидя на гриффиндорской трибуне, Гермиона буквально слышала, как её обсуждают. Как называют чокнутой ревнивицей. Если бы девушка могла, она бы прямо сейчас убежала в замок, спряталась бы в какой-нибудь тёмный угол и громко разрыдалась. Или бы сломала что-нибудь. Но Гарри и Рон никогда не простят, если она уйдёт. А волнует ли Гермиону их мнение? Волнует, если она всё ещё здесь. Они волнуют её, если она всё ещё никому не рассказала о том, что Гарри подлил Рону в сок Феликс Фелицис. Они всё ещё лучшие друзья, если Гермиона после матча идёт в раздевалку, чтобы поговорить с ними.
– Гарри, – сказала она решительно, но почему-то готовая заплакать, – мне нужно с тобой поговорить. Ты поступил сегодня неправильно. Слизнорт говорил, что это незаконно.
– И что ты сделаешь? – с вызовом спросил Рон. – Донесёшь на нас?
Гермиона посмотрела на друга с какой-то, неприсущей ей, злостью во взгляде и сжала кулаки. Интересно, когда в ней всё это появилось?
– Ребята, о чём вы? – спросил Гарри, скрестив на груди руки.
– Не строй из себя дурака, Гарри, – сказала Гермиона. – Ты добавил Рону в сок Феликс Фелицис. И не говори, что не понимаешь, о чём я.
– Остынь, Гермиона. – Гарри поднял руки в жесте «сдаюсь». – Ты будто с цепи сорвалась! Что с тобой?
– Вы ведёте себя как полные идиоты! – сказала она громко. – Разве вы не знаете, что вам будет, если кто-то узнает?
– Если ты не перестанешь так орать, кто-нибудь точно узнает, – нахмурился Рон.
– Прекратите оба! – Гарри сунул руку в карман и достал оттуда флакончик, который он получил от профессора Слизнорта за самое лучшее зелье. Склянка была полна золотистой жидкости, а залитая воском пробка нетронута. – Я хотел, чтобы Рон подумал, будто я что-то подлил ему. Рон, ты брал все мячи, потому что был уверен в своей удаче. Но на самом деле ты сделал всё сам!
– Так я пил просто тыквенный сок? – спросил ошеломлённый Рон. – А как же хорошая погода? И Вейди не смог играть… Ты правда мне ничего не давал?
Поттер покачал головой и сунул флакончик обратно в карман. Рон разинул рот, собираясь что-то сказать, закрыл его, повернулся к Гермионе и заговорил, передразнивая:
– «Ты добавил Рону в стакан зелье! Вот он и брал все мячи!» Видишь, я и сам могу хорошо играть!
– Я не поговорила, что ты не умеешь! Ты и сам думал, что выпил зелье! – Но Рон уже закинул метлу на плечо и направился к выходу. – Ты просто придурок, ясно тебе?
– Я придурок? – обернулся Уизли. – Это я ещё и придурок?
– Ну не я же, – скрестила Гермиона на груди руки. – Это ты постоянно не понятно на что злишься. Будто я тебя чем-то обидела. Мне уже просто надоело быть виноватой не пойми в чём! То тебе не нравится, что я с Питером общаюсь, то ты злишься из-за вечеров Слизнорта… Я вечно в чём-то виновата. Знаете что? С меня хватит!