– Кто бы это ни сделал, – говорил Дамблдор, оглядывая студентов, – он будет пойман и наказан по всей строгости. Сегодня ваши деканы проведут с вами личные беседы. Надеюсь на ваше понимание и благоразумие. Спасибо.
– Какое чудовище могло это совершить? – сказала девушка, шагавшая впереди Питера.
– Не знаю, – ответила ей другая, – но я сегодня же напишу родителям о том, что случилось. Не хочу оставаться здесь, пока убийцу не поймают.
Страх, охвативший Хогвартс, был не таким сильным, каким Питер ожидал, но он его буквально чувствовал. Как же это прекрасно! Пэн в очередной раз убедился в собственном превосходстве над глупыми людишками. Они, эти безмозглые волшебники, да и вообще все, никогда не научатся управлять своими эмоциями и чувствами. Они никогда не поймут, что с помощью страха и паники можно покорить государство, разрушить целую цивилизацию. Как они могут управлять кем-то, если даже с собой совладать не могут?
Снейп начал вызывать к себе слизеринцев прямо с утра. Сначала пошли семикурсники, заняв весь первый урок. На втором уроке, когда шестикурсники сидели на заклинаниях, профессор Флитвик сказал, что Снейп ждёт в своём кабинете и чтобы они по одному шли к нему. Первой пошла Пэнси Паркинсон.
– Теперь ты, Пэн, – сказала она, вернувшись.
Питер удивлённо, будто в её словах была какая-то ошибка, посмотрел на старосту, но ничего не сказал. Он встал и покинул класс. Неужели, Снейп его подозревает? Не может такого быть! На одного своего декана Питер высыпал столько пыльцы, сколько хватило бы на всю школу. Снейп просто не может его подозревать.
– Профессор Снейп, – сказал Питер, открывая дверь кабинета волшебника.
– Садись, – сказал он. – Ты знаком с Виолой Стреттон?
– Не лично, сэр, – ответил Питер, спокойно глядя волшебнику прямо в глаза. – Но я знал, что она была влюблена в меня.
– Тебя это злило?
Питер почувствовал ментальное давление, будто кто-то пытается влезть к нему в голову. Нет, профессор Снейп, вам это не удастся – Питер Пэн превосходно владеет своими мыслями.
– Злило? – выгнул бровь юноша. – Нет, ничуть. Меня злит, что вы, профессор, пытаетесь залезть в мою голову. А влюблённость маленькой девочки мне даже нравилась. – Снейп сощурил глаза и смотрел на Питера, сидевшего напротив него, будто не верил ни единому его слову. Ещё и в голову свою не пускает. – Вы меня подозреваете?
– Я не просто подозреваю. Я знаю, что это ты убил девчонку.
– Это чушь какая-то, – усмехнулся Питер. – Я пришёл на обед зразу после вашего урока. Это могут подтвердить. Из Большого зала я не уходил, потом вместе с остальными пошёл на трансфигурацию. Можете спросить у профессора МакГонагалл. Я ни при чём. Да и зачем мне её убивать? Из-за пары записок? Я вас умоляю, – закатил он глаза. – За мной вся школа бегает. Что мне до какой-то девчонки?
– Не знаю, что ты задумал, Пэн, – сказал Снейп несколько угрожающе. – Но я знаю, что ты убил девчонку. И я это докажу. Проваливай.
– Вы смешны профессор, – усмехнулся Питер. – Лучше бы другим занялись. Своим внешним видом, например. Я-то вам точно не по зубам.
Самодовольно ухмыльнувшись, Пэн оставил Снейпа наедине с его догадками и подозрениями. Пусть думает что хочет. Он никогда не сможет докопаться до правды. Уж Питер об этом позаботится.
Глава 15. Кошмар перед Рождеством
Перед началом учебного года Гермиона Грейнджер дала себе обещание не лезть во всякие странности, но за три месяца она уже несколько раз успела его нарушить. Девушка хотела спокойно учиться, пока мир не полетел в бездну войны, а не гоняться в очередной раз за какой-нибудь тайной или убийцей. Гермиона иногда спрашивала себя: почему именно я? Почему именно она подружилась с Гарри Поттером и Роном Уизли, которые пять лет втягивали её в разоблачения заговоров, спасательные операции, а теперь ещё и в войну. Порой Грейнджер хотела быть обычной. Ходить в маггловскую школу, после поступить в университет. Ну или хотя бы здесь, в Хогвартсе, не быть ни к чему причастной, а спокойно ждать, пока великий Гарри Поттер всех спасёт. Но Гермиона напрасно пыталась обмануть саму себя – она бы никогда не смогла держаться в стороне от всего странного и необъяснимого. Один единственный раз её чутьё будто вопило, что от загадочного убийства Виолы Стреттон нужно держаться как можно дальше. Только вот Гарри Поттер, который после ссоры своих лучших друзей метался между ними, не желал оставлять убийство нераскрытым.