На полдороге от вокзала Натка с тщательно скрытым, но явственным для меня облегчением отделилась от нашей компании и направилась к себе домой, прошептав мне на прощанье:
— Я скоро приду, а ты пока там с ним не очень-то…
Я не поняла, чего я «не очень-то», и по-прежнему молча побрела по королевским пятам: дорогу к моему дому Лид, кажется уже помнил лучше меня самой.
Наконец-то показался наш подъезд: я убыстрила шаги, почти побежала, а потом резко остановилась как вкопанная.
У подъезда, уперев руки в бока, стояла моя бабушка.
— Ну-ну, — произнесла она зловещим тоном, пожевав губами, — и где это ты, внученька, всю ночь-то моталась? И что это за охламона с собой привела, а?! Сны-то мне, оказывается, вещие снятся!
— Я-a не привела, — пробормотала я, пятясь обратно к королю, — он просто меня проводил, чего такого-то…
— А ничего, только ты дома-то не ночевала. Я еще утром к тебе заходила, звонила и по телефону, и в дверь, где-то ты шаталась с охламоном своим, родителей позорила!
— Так я, наверное, уже ушла тогда!
— В пять утра?
— А зачем ты так рано приходила? — обалдела я.
— У меня бессонница, — сообщила бабушка, — сны замучили. Ты мне который раз снишься, и охламон этот тоже! Стоит тут, смотрит на меня, как король какой!
— Бабушка, — прошипела я, оглядываясь, — не знаю, что тебе снилось, но ничего подобного…
— Ты бы помолчала лучше! Я тебе в десять раз старше! Заходи, заходи в квартирку-то, сейчас я Коле позвоню и спрошу, можно тебе по ночам-то разгуливать или…
Бабушка вдруг резко всхрапнула. Глаза ее медленно закрылись, и она начала валиться на асфальт. Я, как всегда, дернулась, чтобы ее подхватить, но она, тоже как всегда, растворилась, не коснувшись земли.
Мы с Лидом посмотрели друг на друга и вдруг одновременно начали смеяться.
— Ой, — выдавила я, — третий раз волшебный, может, она перестанет, а, как думаешь?
— Не знаю, — сквозь смех отозвался Лид, — но ты заметила, что она с каждым своим появлением делается старше? Вначале говорила, что в три раза, потом в семь, а теперь уже в десять!
— Действительно, — поразилась я, — неужели она так и до ста дойдет?
— Может, и дойдет, если навестит нас еще двадцать семь раз, — что-то подсчитав, на полном серьезе отозвался Лид, — если предположить, что один десяток она проходит за три явления… — Он не договорил и снова засмеялся.
— Все-таки придумай что-нибудь, — попросила я его, вытирая слезящиеся глаза, чтобы попасть ключом в замок, — а то каждый день это терпеть…
Король задумался на секунду и выдал мне веер вариантов:
— Я могу лишить ее возможности двигаться, могу превратить в какое-нибудь животное, если ты не любишь, когда простолюдинов превращают в предметы, могу лишить ее разума окончательно…
— Ты что, Лид, с ума сошел! — замахала я руками. — Это же моя бабушка!
— Я просто предлагаю, — сказал король довольно мягко, будто хотел меня успокоить, и, войдя в комнату, конечно же, прямиком двинулся к компьютеру.
Я плюхнулась на диван и кинула под него свой рюкзак.
— Слушай, Лид, а давай, когда она опять притащится, ты ее загипнотизируешь так же, как тех милиционеров?
— Это можно, но действие гипноза кончится, а память останется.
Мы оба снова задумались. Бабушка превращалась в неразрешимую проблему.
— Что-то я даже не знаю, что и делать, — протянула я наконец растерянно, — ты, я вижу, тоже?
— Почему, у меня есть много вариантов, но ты так ограничила меня в средствах… — обиженно заметил Лид.
— Не в средствах, а в казнях, — вздохнула я. — Пойду яичницу пожарю, может, голова лучше работать станет…
Натка прибежала к нам уже часа через два. Мы, к тому времени, отчаявшись придумать план избавления от постоянных визитов бабушки, занимались кто чем: я читала, а Лид рассеянно ковырялся в интернете.
— Всем привет! — воскликнула подруга. — Чего кислые такие? Не помирились еще?
— Никто здесь без тебя не ссорится, — недоброжелательно отозвался Лид, и я поспешно его перебила:
— Да все нормально, Нат, просто мы всю голову сломали, не знаем, что с бабушкой делать. Она опять явилась! Не запираться же от нее, и не усыплять же бесконечно! Лид ее предлагает превратить в собаку, но я как-то против…
Король, отвернувшись от компьютера, серьезно кивал, подтверждая мои слова.
Натка поглядела на нас, вылупив глаза, и вдруг рассмеялась:
— Ну вы даете! Да чего тут сложного? Зачем ее заколдовывать! Просто когда она в следующий раз припрется, пусть Лид исчезнет, она увидит, что ты сидишь дома одна или со мной и у тебя все в порядке, и больше приходить не будет — ты что ее не знаешь, что ли? Она раньше тебе и звонил a-то раз в пол года!