Шрам одним махом озвучил всё, что только начал понимать Симба. И, что хуже всего, произнёс слово, о котором Симба даже не решался подумать до этой минуты. «Мёртв». Его отец мёртв.
– Мой брат возлагал такие надежды на тебя, – продолжил Шрам, кажется, совершенно не обеспокоенный слезами маленького львёнка. – Он давал тебе столько шансов! И вот как ты отплатил ему!
– Я не знал… – слабо протестовал Симба.
Дядя покачал головой:
– Что подумает твоя мать? Сын, из-за которого умер отец. Принц, который убил короля.
Симба зарыдал ещё сильнее, всё его тело дрожало. Мать будет раздавлена. Весь прайд возненавидит его. Если то, что сказал Шрам, правда, получается, он убил собственного отца. Никто не поверит, что это был несчастный случай. А даже если поверят, то никогда не простят его. Да и как они смогут, если даже Симба сам никогда себя не простит? Сквозь слёзы Симба посмотрел на дядю.
– Что же мне делать? – горько спросил он.
– Бежать, – ответил Шрам. – Бежать прочь… и никогда не возвращаться.
Какое-то время Симба просто стоял, поражённый услышанным. Но потом его взгляд упал на безжизненное тело отца. Дядя прав. Ему придётся бежать. Он не может вернуться к Скале Предков. Ни сейчас, ни когда-либо ещё. Ведь из-за него Муфасы больше нет.
«Прости, папа, – сказал он, в последний раз посмотрев на отца. – Мне так жаль».
А потом, повернувшись, понёсся прочь.
Шрам смотрел на удаляющегося племянника, и в груди его разгоралось тёмное пламя. «Надо же, – подумал он. – Сработало». Когда Шрам придумал план убийства Муфасы, то хотел избавиться и от надоедливого львёнка тоже, тем более что тот был единственным наследником. Вообще-то это было даже необходимо. Но заставить Симбу по собственной воле убраться с земель прайда тоже было неплохо.
Услышав сзади шаги, Шрам оглянулся. Из пыли вышла Шензи вместе с парой дюжин других гиен. Она посмотрела сначала на безжизненное тело Муфасы, а потом на Шрама. Затем кивнула, довольная тем, что лев выполнил своё обещание.
Фигурка убегающего Симбы становилась всё меньше и меньше. Шрам наблюдал за тем, как он удаляется, и размышлял. Конечно, он добьётся своего, даже если Симба останется жить и просто исчезнет в изгнании. Но со временем это может стать проблемой. Нет, не стоит позволять крысёнышу уйти.
Шрам посмотрел на Шензи и усмехнулся:
– Убейте его.
Гиены не стали ждать второго приглашения. Тявкая и хихикая, они бросились следом за Симбой. Когда они исчезли в облаке пыли, Шрам кивнул. Да, подумал он. Так гораздо лучше. Больше нет риска, что Симба вернётся. Ни сейчас, ни когда-либо ещё.
Симба бежал. Бежал прочь от своих мыслей и образа отца, лежащего на дне ущелья. Но, как бы быстро он ни перебирал лапами, Муфаса так и стоял у него перед глазами, а обвинения дяди звучали в ушах. Львёнок на мгновение представил, какое горе ждёт его мать. При мысли о Сараби Симба замедлился.
«Мне не стоит уходить, – подумал он. – Мне нужно быть рядом с ней. Это я должен сказать ей…».
Остановившись, он затаил дыхание. Отец не одобрил бы его побег. Муфаса бы так не поступил. Теперь Симба король. И он должен вести себя соответственно. Львёнок повернул обратно, твёрдо решив вернуться домой. Но как только он это сделал, его глаза расширились от ужаса. Даже на таком расстоянии можно было разобрать узнаваемый хохот стаи гиен, поднимавшей облако пыли при беге. Через несколько секунд он ясно увидел их, несущихся по ущелью.
Симба испуганно вскрикнул и тут же побежал снова. Ему нужно убраться отсюда сейчас же.
Пока он бежал, стены ущелья начали сужаться. С обеих сторон появились трещины, уходившие вглубь и рассекавшие стены до самого верха. Крики гиен становились громче по мере их приближения. Нырнув в одну из трещин, Симба начал лихорадочно пробираться вперёд. Здесь было слишком мало места для крупных гиен, он услышал их разочарованные крики и щёлканье зубов. Поняв, что здесь до львёнка не добраться, они вынуждены были развернуться и пойти в обход, надеясь найти проход пошире.
К счастью, проход, по которому бежал Симба, вёл наверх, и вскоре он выскочил на солнечный свет.
Однако его радость быстро испарилась. Он добрался до вершины, но очутился в месте, где не было ничего, кроме обрыва. Бежать было некуда.
Мгновение спустя позади него появился огромная гиена. Гигантские челюсти щёлкнули, из пасти потекла слюна, закапав на камни. Она двинулась к Симбе. Львёнок переводил взгляд с гиены на обрыв, не зная, какая участь хуже. Но тут гиена напала.