Глава 15
Устроив полуночный пир из ветчины и сыра, добытых Жаном, – мы заверили его, что они превосходны, отчего парень обрадовался еще больше, – я отослал его спать. Он сопротивлялся, но при этом широко зевал, прикрывая рот ладошкой. После нашего рискованного бегства и откровений Жана спать не хотелось. Рису тоже. Мы расположились на стульях в моей комнате, потягивая вино.
– Насколько понимаю, у нас есть две главные трудности, – сказал я.
– Если не уничтожить французские катапульты, они рано или поздно разрушат стены, – сказал Рис.
– Это первая.
– Вторая – это сукин сын Фиц-Алдельм. Лучше бы было разрешить мне его убить в Утремере.
Рис с укором посмотрел на меня.
– Это мне его убивать, не тебе.
Кроме прочего, я дал Джоанне клятву, что не трону Фиц-Алдельма.
Рис обозлился:
– Все равно, если бы тогда я перерезал ему глотку, мы не оказались бы в таком вот положении.
– Не перерезал, и ладно.
Я сердился на себя, потому что валлиец был прав. Но если бы Рис выполнил вместо меня грязную работу, Джоанна мигом вытянула бы из меня правду. Как и в прошлый раз, я пришел к выводу, что ее уважение дороже возможности втихую избавиться от врага.
– Что будем делать? – спросил Рис.
Я пожевал губу. Мы оба с удовольствием ткнули бы Фиц-Алдельма кинжалом между ребер и столкнули со стены в Сену, но Ричард требовал доказательств его измены. Как ни досадно, ночные события не являлись прямой уликой. Многочисленность французской охраны могла иметь другое объяснение: например, присутствие в Руане еще одного лазутчика, который мог заметить нашу лодку и сообразить, в чем дело. Хороший пловец без труда пересек бы Сену.
Неприятная правда заключалась в том, что, пока мы не схватим Фиц-Алдельма за руку или пока он сам не признает свою вину – и то и другое было почти маловероятным, если не сказать хуже, – мерзавец продолжит подкармливать Филиппа Капета сведениями. А французские катапульты будут тем временем крушить стены, угрожая нам всем.
Мне очень хотелось вывести Фиц-Алдельма из игры, но я знал, что Ричард потребует отчета обо всем содеянном мной. Мне вовсе не улыбалось нагло врать королю об убийстве, однако просто сидеть и смотреть было ничуть не лучше. Наконец я пришел к решению.
– Поутру мы пойдем за ним в церковь, где он стоит мессу. И задержим его и священника для допроса.
– Вы отважитесь прибегнуть к допросу клирика и препоясанного рыцаря?
Я нечасто наблюдал изумление на лице Риса.
– Допрос – слишком сильное слово для того, что я собираюсь сделать со священником, – сказал я, подмигнув. – Эти парни податливы. Пообещаю марку серебром, этого может оказаться вполне достаточно.
– А Фиц-Алдельм?
Я поразмыслил насчет того, как поведет себя граф Роберт, столь дружески расположенный к моему врагу. И о том, что король, хотя и узнает о случившемся не скоро, может отнестись к этому еще резче. Но затея стоит риска, решил я.
– Дай мне час, и он у меня запоет, как певчая пташка, – пообещал я. – Его признание убедит графа. А потом мы казним его как обычного преступника.
Рис нахмурился и покачал головой, но перечить не стал.
Мысль о короле не давала мне покоя, но я сказал себе, что, когда до этого дойдет, кости Фиц-Алдельма уже истлеют в гробу. Не в силах ничего изменить, Ричард примет к сведению мой отчет о случившемся.
Радуясь возможности раз и навсегда избавиться от угрозы со стороны извечного врага, я лег в хорошем настроении. Так и не сомкнув глаз, я встал с мстительной улыбкой на лице. Надел простую тунику и шоссы, чтобы не выделяться среди горожан. Кольчугу оставил из опасения, что она звякнет и выдаст меня. Меч предстояло укрыть под плащом.
Рис позавтракал остатками хлеба с медом, но у меня была только одна потребность – поймать Фиц-Алдельма. Я нетерпеливо расхаживал по комнате, пока Рис не буркнул «Я готов», затем отправил в рот последний кусок.
Несмотря на раннее время – до часа первого было еще долго, – Жан уже ждал нас во дворе, свежий, но с пучками соломы в волосах, говорившими о том, где он ночевал.
– Что у нас сегодня, сэр? – осведомился он, на лице его отражалось живое любопытство.
– Месса, – ответил я.
Мальчишка сник, совсем не ожидая такого.
– Месса?
Я не отчитал его за пропуск титула «сэр». Вот он, первый шаг на скользкой дорожке, по которой однажды уже довелось пройти, подумал я, глядя на Риса. Но мне было все равно.
– Да, месса. Это пользительно для души. – Я толкнул парня локтем. – Ты ведь знаешь, да?
– Угу, – промычал Жан и добавил себе под нос еще словечко.
Я хмыкнул. Он крутанулся на пятках.